Пришибленного, чтобы не пугать родителей Вики, оставили на детской площадке во дворе.
– Кто? – послышался за дверью встревоженный мужской голос.
– Михаил Юрьевич Вострецов и Лизонька. Надеюсь, вы нас ещё помните.
– Помню, – глухо, как дальнее эхо, повторил мужчина и начал не спеша открывать дверь.
– Добрый день! Только крайняя нужда заставила нас с Лизонькой постучаться в вашу дверь! – прижав руки к груди, стал объяснять свой визит великий следователь. – Я прекрасно понимаю, что мы – та часть вашей жизни, которую хочется поскорее забыть, хоть ничего не сделали вам дурного, а даже наоборот. Нам нужна ваша помощь, вернее сказать, помощь Вики. Её спас человек, который сейчас сам находится в беде.
Викин папа, оттеснив незваных гостей на лестничную клетку, захлопнул дверь за своей спиной.
– Я не могу позволить вам беспокоить мою дочь! Она так настрадалась! Она столько пережила! Я не защитил её в тот роковой день, но поймите меня, я обязан защищать её и сегодня, и всегда от любой опасности, от любого напоминания, от любого волнения!
– Могу понять ваши чувства, но… – начал было Михаил Юрьевич.
– Вы? Да как вы можете даже произносить такое святотатство! Вы никогда не поймёте, что переживают родители, когда похищают их ребёнка!
– Бедная Вика! Похоже, она снова в плену, – тихо, себе под нос, проговорила Лиза, но Викин папа услышал её слова и, подавившись своей же недосказанной фразой, умолк.
Наступила неловкая пауза. Можно было уходить. Этот человек продолжать разговор не собирался и спиной загораживал вход в квартиру. Дверь распахнулась сама, на пороге показалась Вика.
– Чем я могу помочь? – просто спросила она.
– Но Викочка?! Тебе же психолог не рекомендовал ворошить…
– Успокойся, папа. Вороши не вороши, я всё равно всё помню. И домой я вернулась только благодаря этим людям. Что у вас случилось?
Как можно быстрее, короче, но не теряя красноречия, Михаил Юрьевич рассказал Вике про Пупсика, хранителя её тайны, как из-за этой тайны он чуть не лишился жизни, как Лиза с Надей вытащили его из полыньи, как в его шерсти они нашли узелки с уликами преступления и догадались обо всём, как за ними следили, но девочки отважно продолжали расследовать похищение Вики.
– Всё закончилось благополучно, – закончил старый следователь. – Но не сам Пупсик, как ты понимаешь, эти улики собрал, а его хозяин – бомж Валера. Именно он пытался тебя спасти и стал жертвой Будимира и его сообщников. Его опоили каким-то отваром, и бедолага потерял память.
– Теперь бомж! Да закончатся когда-нибудь наши мучения?! – простонал Викин папа.
– Успокойся, папа. Я помню этого человека. Он очень хотел меня спасти, но не успел, эти прибежали. И они тоже видели бомжа и сказали, что придётся его убрать. Я думала, они его убили!
– Пожалуйста, расскажи подробнее, при каких обстоятельствах ты увидела Валеру и очень подробно, что и как он делал.
– Меня привезли к дому на набережной, чтобы я лезла на крышу, репетировала. Я должна была изображать призрака. Ну вы всё видели потом. Только это я должна была ходить по краю, а не та тётка. А я ужасно боюсь высоты! До жутиков! Я сказала им, что не полезу. Меня пытались заставить. Я плакала, умоляла, кричала. Они поняли, что ничего не получится со мной, взяли верёвки, сумки, чтобы на крыше всё подготовить к своему представлению, и ушли. А меня заперли в машине. И тут бомж какой-то подбегает, стучит в стекло и спрашивает, что со мной. Сказал, что меня все ищут. Я сначала его тоже испугалась и не стала разговаривать. Потом сказала, что меня украли. А тут уже эти возвращаются. Мне бомж на ножницы кивает, которые на сиденье валялись рядом с верёвками, и говорит: «Срежь немного волос». Я срезала. А он пока присел, чтобы его было не видно через стёкла. Машину открыли. Пока грузили сумки, бомж мою дверь приоткрыл, и я ему кинула прядку. Он подобрал и побежал. А старуха увидела. Ну вот и всё. Они сказали, что его надо найти и срочно убрать.
– А почему он тебя сразу у похитителей не забрал? Не понимаю! – спросила Лиза. – Он же мог тогда сразу тебя спасти!
– Да каждый прохожий этому проклятому Будимиру ещё и помог бы мою Виконьку поймать, – горестно сказал папа.
– Конечно, – кивнул Михаил Юрьевич. – Представь, на глазах у всего честного народа бомж ворует из машины ребёнка! В этой ситуации никто бы не стал слушать ни бомжа, ни ребёнка. И помощники бы нашлись, которые Валеру так бы отметелили, что и опаивать его уже не пришлось бы. Спасибо, Вика. Но это не всё. Валера во дворе. Мы можем позвать его сюда или вы с папой спуститесь вниз?
– Лучше мы! – вставил папа.
– Хорошо, пусть будет так. Валера не помнит ничего из твоей истории. Его узнал пёс, кое-что рассказали другие бомжи. Нам удалось сопоставить факты, но сейчас, в новом расследовании, нам нужна стопроцентная уверенность, что это был именно он. Именно он увидел тебя, пытался помочь и собрал улики. Мы тебя ждём на детской площадке. Узнаешь ли ты этого человека?
