Документ, заполненный по линиям, в спокойной обстановке, накарябанная на стене надпись и кривые, как у второклашки, современные каракули не совпадали на сто процентов, но сомнений не оставалось – это писал Валера! В его почерке было много характерных подчёркиваний и завитков.
– Я не получал по голове, но, честно, пока ничего не понимаю! – признался Виталич.
– Сейчас, когда Валера сидит на диване, это уже не так уголовно с вашей стороны, – съязвил Михаил Юрьевич. – Итак, когда Валера ушёл из полиции, в тот день должно было почернеть небо и померкнуть солнце! Вы потеряли великого профессионала, очень наблюдательного и сообразительного сыщика, а главное – Человека с большой буквы! Разговорившись, Степановна рассказала нам одну важную, характерную черту Валерчика, как она его называет. О, коллега, прошу цитату! – обратился он вдруг к Коляну.
– Бабушка сказала, что он с самого детства таким был: увидит, что кто-то в беде, – всегда поможет и удар на себя примет. Бесстрашный. Как будто сам бессмертный, – пролепетал Колян, не ожидавший, что на него обратят внимание.
– Спасибо. А информацию эту пока запомним.
– А чего запоминать, я и так знаю, – усмехнулся Виталич.
– Это хорошо, что помните, – многозначительно сказал Михаил Юрьевич. – Из последнего, что с ним было, Валера смог вспомнить только одно, но очень важное обстоятельство.
– Дьявол, исполняющий желания, – подсказал Валера. Он сильно нервничал, боялся, что витиеватый рассказ старика совсем его запутает.
– Лестница дьявола, ротонда на Гороховой – это интересное место. Именно там мы нашли записку, которую вы видели на фотографии. Мы попросили консьержа сохранить её оригинал до приезда полиции. Вот и все факты. Дальше можно и нужно сделать реконструкцию событий, чтобы понять, что же на самом деле произошло в тот день, когда случилась беда. Валерий, частный детектив, расследовал своё дело. Вероятно, по старой дружбе, он довольно часто обращался к вам с просьбами об информации. Возможно, вы обсуждали дела, которыми занимались на тот момент. Насколько я помню, сам Валера не был очень откровенен, значит, дело, которое расследовал он, было щепетильным и не подлежало огласке. Но Валера знал о ходе вашего расследования, о ваших затруднениях. Дело, наверное, было очень и очень сложным. Вы, Виталий Витальевич, не справлялись с ним и не могли найти преступника. На него случайно наткнулся Валера и собрал доказательства. Они в пакете. Понимаете теперь, ваш друг вас защитил, он же у вас бессмертный! Это был день, когда Валерий понял, что ему не спастись. В ротонду можно попасть только днём. Преследователи были совсем рядом. Он позвонил по телефону, висящему на двери подъезда. Его встретил консьерж. Вы же должны были посмотреть последние вызовы с его телефона? Должны были взять у оператора сотовой связи распечатки звонков и проверить, с кем потерпевший, погибший или пропавший без вести ваш друг разговаривал в последний раз. Валера всё предусмотрел даже в самый критичный для себя момент! Зайдя в ротонду, он оставил для вас, Виталий Витальевич, послание. Он знал, что, придя сюда, вы обязательно его увидите и прекрасно поймёте. Запись настолько грамотно придумана, что сохранилась в течение двух лет. Заметьте, очень немалый срок! «Миленький дружбан дьявол! Хочу похудеть. Отбери у Степановны все мои припасы и жри сам. Твой Жук. Прощай». Если нужно пояснения, пожалуйста. «Дружбан» – это вы. «Отбери у Степановны все мои припасы и жри сам», – значит, нужно взять у Степановны то, что он собрал, и использовать в своём деле. Логично? «Твой Жук», – пояснять нет нужды. «Прощай», – Валера прекрасно понимал, что находится в смертельной ловушке и заботился только о деле.
– Красиво. Но это всё лирика!
– Доказательства у вас на коленях, Виталий Витальевич. Вы пакет-то раскройте.
Валера сидел бледный и уставший. В эту минуту он понял, что в нём начинает шевелиться та жизнь, которую он не хочет вспоминать. Один маленький добрый поступок сдвигает огромные глыбы и пласты, задействуя механизмы справедливости. Но если добро делает людей и сам мир прекраснее, то зло тоже изменяет вокруг себя гораздо больше, чем может показаться, и эхо от удара иногда приносит больше вреда, чем сам удар. Как сохранить внутреннее равновесие, когда взгляд устремлён только на теневую сторону жизни и видишь постоянное, непрекращающееся падение?
Перед глазами проплыл заснеженный лес, высокие сосны, медленные снежинки и визгливо лающие щенки, которых Валера вместе с ребятами и Михаилом Юрьевичем ловил между деревьями. Щенячья мягкая, кудрявая, знающая только мамкин язык шерсть. Валера решил, что свою новую жизнь начнёт именно с этого воспоминания, больше ему ничего не нужно. Поднялся и вышел на кухню.
– Жук! Ты куда?! Вот это да! На этого я бы подумал в последнюю очередь! У тебя тут и прослушка, и фото. Глухарь-то мой, походу, раскрыт! Так, жесть какая! В отделе всё разбирать буду, это точно не для глаз малолетних!
– А что за дело?
– Нам-то хоть расскажите!
– Н-н-нечестно.
