Том хоть и старался активно участвовать в беседе, но всё равно не выпускал из вида Гермиону, которая вела себя довольно-таки тихо. И всё же один её вид, успокаивал его в какой-то мере. После сегодняшней выходки Блэк он был очень зол. Воспоминания на мгновение оторвали его от разговора. Когда они со слизеринкой оказались в подземельях, он выплеснул свою ярость, схватив её пальцами за подбородок и сжимая его до боли. Он наслаждался страхом в её глазах, и ощущал её дрожь. Она была его удобной прислужницей, и должна была знать свое место. Возвращаясь мыслями к беседе, Том утвердительно кивнул на слова Слизнорта о величии Слизерина. Ужин подошёл к концу, и всем было разрешено встать из-за стола. Разобрав фужеры, участники разбрелись по залу, беседуя. Слизнорт, как и всегда делал снимки со своими любимчиками, чтобы украсить свою коллекцию, но Том предпочел отойти в сторону, с недовольством отмечая, что Малфой уже прилип к Гарднер. К нему подошёл Лестрейндж, проследив за взглядом Реддла.
– Ты больше времени стал уделять этой гриффиндорке, чем нашему общему делу, – с недовольством произнёс брюнет, открыто смотря на него.
– Ты считаешь себя вправе указывать мне, кому и сколько внимания уделять? – заносчиво спросил слизеринец, сложив руки на груди.
– Если это угрожает нашему замыслу, да, – без страха ответил Лестрейндж. – Ты забыл, к чему мы готовимся и куда движемся. Ты обещал нам великую благодать Слизерина, но пока я ничего не вижу. Не забывай, идут за тем, кто силен. Ты теряешь власть, Реддл.
Слизеринец буравил взглядом брюнета, не спеша ему, что-то отвечать. А потом лишь усмехнулся.
– Ну, так иди и выпусти ужас Слизерина, раз я теряю власть. Возьми её в свои руки. Давай, Лестрейндж, вперёд. Веди за собой это стадо, – дерзко произнёс Том. – Запомни одно, если ты не готов взять на себя это, не открывай рта.
Хорошенько осадив слизеринца, он развернулся, направляясь к Слизнорту, который устроился в одном из кресел, наблюдая за учениками. Лестрейндж же скрипнув зубами, с ненавистью посмотрел в след Реддлу. Ему было нечего предоставить против слов брюнета. Пока нечего. Том же устроился рядом с профессором, посмотрев, что все пока заняты своим.
– Замечательный сегодня вечер, не так ли, профессор? – спросил он, поднимая бокал с напитком.
– Да, Том, я так рад, что сегодня у нас так многолюдно, – ответил профессор, с улыбкой смотря на своего ученика.
– Профессор, я хотел с вами поговорить, но это очень серьёзный разговор и я так думаю, что стоит провести его наедине, – загадочно произнёс слизеринец.
На лице профессора отразился неподдельный интерес.
– Вы меня заинтриговали.
– Ничего важного, это всего лишь вопрос о найденной мной информации в одной книге, – ровным тоном произнес Реддл, будто бы успокаивая своего декана.
– Хорошо, зайдите ко мне завтра и мы с вами разберём, что вам непонятно, – добродушно ответил Гораций, смотря на Тома.
Тот кивнул в ответ, посматривая на другой конец помещения, где Малфой тенью следовал за Гермионой.
Абраксас сцепив руки за спиной, стоял рядом с гриффиндоркой, пытаясь занять её разговором.
– Расскажи, а, правда, что в Дурмстранге изучают Тёмные искусства, как основное направление магии? – с интересом спросил блондин. – Я вообще думал, что в этой школе учатся одни мальчишки.
– Основательницей школы была известная всем ведьма Нереида Волчанова, поэтому сплетни о том, что там мужская школа лживы, – ответила Гермиона. – Тёмные искусства? Да, таково направление, а ещё школа не принимает магглорожденных.
Глаза Малфоя загорелись неподдельным интересом.
– Вот, нормальная школа, не давать грязнокровкам портить жизнь настоящим волшебникам, – высказался Абраксас. – Ведь эту школу окончил великий Гриндевальд.
Гриффиндорка слегка поморщилась от неприятного ей названия, тщательно стараясь скрыть факт того, что ей мерзко это слышать.
– Что верно, то верно, Гриндевальд закончил Дурмстранг.
Беседа с Малфоем явно затягивалась, и это уже становилось каким-то мучением. Когда за её спиной раздался голос, и по выражению лица Абраксаса стало понятно, что их разговор явно окончен.
– Малфой, замечательный вечер, – произнёс Реддл, появляясь в зоне видимости Гермионы. – Увы, мне придется бесцеремонно украсть твою собеседницу, слишком много дел у нас с ней накопилось по школе.
Малфой скривился, выказывая своё отношение к появлению соперника.
– Да уж не сомневаюсь, что дела важнее некуда. Тебе, Реддл, не мешало бы больше отдыхать, – с язвительной нотой произнёс слизеринец.
– Как мило, ты переживаешь за меня. Не стоит, я сам решу, когда мне отдыхать.
Между ними летели искры, и казалось, ещё немного и они схватятся за палочки, чтобы устроить дуэль. Гермиона постаралась немного разрядить ситуацию.
– Том прав, нам нужно кое-что обсудить. Рада была поболтать, Абраксас, – с улыбкой произнесла она, и, поворачиваясь к брюнету, сказала. – Если приём окончен, то мы можем поговорить в другом месте.
Реддл кинул победоносный взгляд на Малфоя и, посмотрев, на Гермиону произнёс:
– Ты права, нам нельзя отвлекаться, а тут слишком много народа.
