Том сначала не понял, чем вызван переполох, но беготня отвлекала его от занятий. И когда Граций, охая, пробежал мимо, понял, что случилось, что-то похуже обычного нарушения правил. А потом и услышал про проклятие. Ему, несомненно, стало интересно. Он нахмурился, поднимаясь со своего места, и следуя за деканом. Ему нужно было удостовериться, что это случилось ни с кем-нибудь с факультета Слизерин. Остальное его мало интересовало, ведь этим будут заниматься деканы. Следуя за Слизнортом, Реддл лишь оттеснял любопытных учеников от библиотеки, пока двери за ним и руководством школы не закрылись. Он видел, что библиотекарь сидит на полу, и что Дамблдор последовал её примеру. Судя по расцветке формы, жертвой оказалась гриффиндорка. Значит, ему нечего было здесь делать. Уже собираясь уходить, он услышал голос Дамблдора.
– Мобиликорпус!
Тело начало плавно отрываться от пола, зависнув. Это было и неудивительно, к проклятым прикасаться было нельзя. Декан Гриффиндора, добавил:
– Всем в больничное крыло, если она перестанет дышать, всё пропало. Гораций, подключайся, смени мадам, и не дай ей умереть.
Гораций быстро вытащил волшебную палочку, производя нужные манипуляции.
– Бедняжка Гермиона, нужно найти виновного, – произнёс он, приступая к поддержанию жизненных сил в девушке.
Когда Реддл услышал знакомое имя, то резко обернулся. Он быстро преодолел расстояние от двери до места, где все собрались и его взгляд остановился на девушке, что парила в воздухе. Волны каштановых волос, в лёгком беспорядке, глаза закрыты, неестественно белая кожа испещренная темными извивающимися полосами. Его сердце замерло в груди. Впервые в жизни он испытал жуткую боль. Шумно вдохнув, он с трудом сдержал себя, стараясь сохранить внешнее спокойствие.
– Я могу помочь? – спросил он, как можно ровнее, но голос от волнения звучал глухо.
– Том, поспеши в медицинское крыло, пусть приготовят постель в изоляторе, мы не можем её переправить в Больницу Святого Мунго, если прервем процесс поддержки, она погибнет, – ответил Дамблдор, смотря на парня. – Не теряй времени.
Всё, что было после, было словно во сне. Перед внутренним взором Реддла стояло мертвенно-бледное лицо Гермионы. Но шок отступал, и его место занимала ярость. Кто посмел сделать подобное. Кто? Лестрейндж? Вряд ли, конечно, он был недоволен, но Том знал, что тот не станет привлекать к себе, а заодно и к нему столько внимания. С этим он разберётся очень скоро, а пока он должен был сделать всё, чтобы спасти Гермиону. Почему он до этого момента никогда не ощущал боли от смерти или ран других. Она была другой, она была той нитью, которая всё ещё давала ему помнить, что он человек.
Ученики толпились в коридорах, когда безжизненное тело Гермионы осторожно переносили в больничное крыло. Все профессора следовали за процессией, не давая любопытным подойти слишком близко или вообще увидеть, кто пострадал. И Реддл стоял на входе, придерживая дверь. И прежде чем он закрыл её за последним вошедшим профессором, он увидел Вальбугу. Что с интересом пыталась увидеть, кого доставили в больничное крыло. Реддл захлопнул дверь перед любопытными, и сам, оставаясь внутри лазарета, был одержим только одной идеей сделать всё, чтобы Гермиона жила. Он подошёл ближе к постели, ощущая ком в горле. Ему было невыносимо видеть её такой. По лбу Горация, что сейчас был рядом с гриффиндоркой, стекали капельки пота, было видно, что подпитка стоит ему немалых сил. И пока профессора решали, что делать, Том подошёл ближе к ним.
– Нам срочно нужно зелье из Мандрагоры, – произнёс Дамблдор, смотря на профессора Герберта Бири. – У вас же найдутся подходящие мандрагоры?
Мужчина немного стушевался.
– Альбус, я бы с радостью, но не раньше чем через неделю, – он, конечно же, хотел помочь, но ускорить процесс взросления особей он никак не мог.
В разговор вступился директор Диппет, который до этого старался взвесить все «за» и «против» между ожиданием лечения здесь и попыткой перенести девушку в больницу. Но риск был слишком велик. Портал мог на секунду прервать подпитку и тогда они потеряют ученицу, а этого он допустить не мог. В последнее время, Министерство начало основательно следить за школами. Поэтому любое происшествие могло негативно отразиться на нём и всех остальных.
– Значит, мы начнем дежурить, поддерживая в ней жизненные силы, – твердо сказал он, давая понять, что ещё ничего не потеряно.
Том, что до этого стоял неподалеку, сделал шаг вперёд.
– Я тоже хочу помочь, – произнёс он решительно и, перехватив взгляд Дамблдора, не отвёл глаз.
Диппет нахмурился, довольно резко отреагировав.
– Это исключено, мистер Реддл, вы ученик, и не допускаетесь до подобного.
– Но, директор... – возразил слизеринец.
– Я сказал, нет!
Брюнет лишь сжал зубы, и сделал шаг назад.
– Как скажете.
