До Риверана была по меньшей мере неделя езды – в хорошую погоду и без происшествий. Бог знает, сколько этому письму пришлось путешествовать перед тем, как оно достигло Риджа Фрейзеров.
– Но что, если она беременна? Это возможно. – Брианна поджала губы, по-прежнему хмурясь на записку. – Я думаю, она считает маму другом. Мне кажется, тебе она сказала бы прежде тети Иокасты.
Я неохотно кивнула. Дружбой это можно было назвать только с большой натяжкой – люди с такими разными жизнями, как у нас с Федрой, не могли быть друзьями. Отношения сдерживалась многими факторами – подозрением, недоверием и пропастью других отличий, налагаемых рабством. И все же определенная симпатия между нами существовала, это было правдой. Я работала вместе с ней бок о бок – выращивала и собирала травы, готовила их для засушки и объясняла их назначение. Мы вместе похоронили мертвую девочку и прятали беглого раба, которого обвинили в ее убийстве. У нее были способности к уходу за больными, и она знала немного о травах. Но что-то вроде неожиданной беременности…
– И что в таком случае она может от меня ожидать? – думала я вслух, и кончики пальцев холодели от размышлений. Нежданный ребенок от рабыни не озаботит владельца – напротив, он будет приростом капитала. Но я слышала истории о рабынях, которые убивали детей при рождении, только чтобы они не росли рабами. Однако Федра была домашней рабыней, с ней хорошо обращались, к тому же я знала, что Иокаста не разлучает семьи рабов. Если дело в ребенке, то ее ситуация была не настолько отчаянной – хотя, разумеется, не мне об этом судить.
Я выдохнула облачко пара, полная сомнений.
– Я просто не понимаю почему… Я хочу сказать, она вряд ли ожидает, что я помогу ей избавиться от ребенка. А если это что-то другое… то почему я? Есть повитухи и целители куда ближе. В этом нет никакого смысла.
– А что, если… – начала Брианна и резко остановилась. Она сжала губы в раздумье и переводила взгляд с меня на Джейми. – Что, если, – повторила она осторожно, – она беременна, но отец кто-то… кто им не должен быть?
У Джейми в глазах зажглись настороженно-шальные искры, усиливая сходство с Брианной.
– Кто, девчушка? – спросил он. – Фаркуард Кэмпбелл?
Я рассмеялась в ответ на это предположение, а Брианна весело фыркнула, и пар от ее теплого дыхания заклубился над ее головой. Идея о чопорном – и весьма пожилом – Фаркуарде Кэмпбелле, соблазняющем домашних рабынь, была…
– Ну, нет, – сказала Брианна. – Хотя у него ведь столько детей. Но я просто подумала – может, это Дункан?
Джейми прочистил горло, избегая при этом моего взгляда. Я прикусила губу и ощутила, как лицо начала заливать краска. Дункан признался Джейми в хронической импотенции перед тем, как жениться на Иокасте, но Брианна об этом не знала.
– О, думаю, это маловероятно, – отозвался Джейми немного придушенно. Он закашлялся и отмахнулся от дыма, идущего от жаровни. – Откуда тебе в голову пришла эта идея, девчушка?
– О, дело не в Дункане, – заверила она его. – Но тетя Иокаста… ну, уже не молода. И ты сам знаешь, какими могут быть мужчины.
– Нет, какими? – невинно спросил Роджер, заставив меня кашлянуть, скрывая смешок.
Джейми посмотрел на нее с долей цинизма во взгляде.
– Знаю куда лучше тебя,
Я поперхнулась, и Роджер приподнял одну бровь, глядя на меня.
– Вы в порядке?
– Да, в порядке, – ответила я сдавленно. – Все… нормально. – Я прижала краешек шали к моему, без сомнения, пунцовому лицу и демонстративно закашлялась. – Что-то… здесь очень дымно, не находите?
– Может, и так, – согласилась Брианна, обращаясь к Джейми. – Может, тут что-то другое. Но Федра адресовала письмо «целительнице» скорее всего потому, что не хотела использовать мамино имя на случай, если кто-то увидит записку прежде, чем она дойдет сюда. Я подумала, что, может, ей вообще нужна не мама, а ты.
Это отрезвило и меня, и Джейми, и мы переглянулись. Такое точно было возможно, но ни одному из нас не пришло в голову.
– Она не могла адресовать письмо ни одному из вас, не вызвав таким образом пересудов и вопросов, – продолжила Брианна. – Но она могла написать «целительнице», не называя имени. Она знает, что если приедет мама, то вместе с ней приедешь ты, особенно в это время года. А если нет, мама может открыто за тобой послать.
– Это похоже на правду, – протянул Джейми. – Но зачем, во имя всего святого, ей понадобился я?
– Есть только один способ узнать, – сказал Роджер. Он посмотрел на Джейми. – Большая часть работы закончена – урожай собран, сено заготовлено, с забоем мы тоже разобрались. Мы справимся, если вы уедете.
Джейми замер на минуту, хмурясь, затем подошел к окну и потянул раму. Холодный ветер ворвался в комнату, и Бри прижала затрепетавшую записку к столу, чтобы она не улетела. Угли в маленькой жаровне задымились и разгорелись ярче, пучки трав над ней тревожно зашуршали.
