Всего над записью колдовали четверо – компьютерщик Скотланд Ярда, два специалиста из Университета Лондона и Лондонской школы экономики, которых обычно привлекали для экспертизы, и Рори Кларк. Рори приехал первым. Он явно рвался что-то секретное сообщить Дону, строил гримасы, подкашливал и крутил в воздухе пальцами, но вслух ничего не произносил.
– Что вы тут ерзаете, Кларк? – не выдержал, наконец, Кроули. – Если хотите что-то сказать, говорите, черт вас побери.
– Ничего, сэр, – ответил Рори и затих.
– Ну раз ничего, то возьмите вот этот конверт и отправляйтесь на второй этаж, Кларк, – приказал Кроули. – Мы с Беннетом будем ждать здесь. Позвоните, когда будут первые результаты.
Первые результаты появились через два часа. Запись была произведена на третьей из установленных у дверей гаража камере, и никаких признаков монтажа обнаружено не было.
Когда эксперты принесли в кабинет Кроули уже подписанный ими акт, Дон был готов провалиться сквозь землю.
– Знаете, какая у вас проблема, Беннет? – спросил Кроули, с брезгливым интересом наблюдая за тем, как Дон промокает лицо несвежим носовым платком. – Вы никому не доверяете. Я думаю, что вы все же, несмотря на прошлые успехи, не очень хороший сыщик. Точнее – просто плохой сыщик. Вы почему-то вбили себе в голову, что сыщик никому не должен доверять. Так вот – это ошибка. Настоящий сыщик должен всего лишь точно знать, кому доверять следует.
– Вы хотите, чтобы я сам позвонил Клейну? – пробормотал Дон, проглотив заслуженный упрек.
– Я отправлю ему акт с курьером. Если хотите позвонить – ваше дело. А извиниться не хотите?
– Примите мои извинения, суперинтендант. Но вы же сами видели запись…
– Видел. Ну и что?
– Кирш достает рулон из пустой машины…
– Достает. Из пустой машины. Это факт. Теперь уже подтвержденный результатами экспертизы.
– Но этого не может быть!
– Тем не менее, именно так и обстоит дело. Если вас интересует, как это получается, вам надо еще раз поговорить с Киршем. Где он?
– Мы его еще не опрашивали, сэр. Только планируем. Пока что у нас только полицейский протокол, но там его об этом не спрашивали.
– Где он?
– Мы полагаем…
– Ну так вот. Кирш находился в Лондоне, пока не закончились коронерские слушания. Он там показания давал, если помните. Когда коронер огласил свой вердикт, Кирш связался с полицией и спросил, будет ли возобновлено расследование. Ему сказали, что вряд ли, и тогда он сказал, что Иглет был его единственным клиентом, больше ему в Англии делать нечего, и он планирует уехать домой в Израиль. Через три недели его здесь уже не было. Если бы вы, вместо того, чтобы гоняться за итальянскими официантами, занимались Киршем, первым, кто появился на месте происшествия и вызвал полицию, у вас уже был бы ответ на так занимающий вас вопрос – откуда взялся этот чертов ковер.
– А почему вы решили, что это был ковер, сэр?
– А потому, Беннет, что когда вы выходили в туалет, я еще раз позвонил в Аскот и спросил, не валялся ли рядом с гаражом какой-нибудь рулон, когда приехала полиция. И сержант сказал, что там был ковер из кабинета Иглета, который Кирш за неделю до того забрал из химчистки.
– Я вас понял, сэр. Еще раз прошу прощения, сэр.
– Будете искать Кирша?
– Да, сэр.
– Дело ваше. Ищите. Скажите, Беннет, а у вас вообще есть хоть какая-то версия случившегося?
– Даже две, сэр.
– Ого! Не поделитесь?
– С удовольствием, сэр. Первая версия – самоубийство. Чтобы ее доказать, я должен установить, что именно толкнуло Иглета в петлю. Что-то должно было произойти за последние часы, чтобы он вот так взял и свел счеты с жизнью. Паоло Брачини наверняка и Крис Мартин скорее всего знают, с кем Иглет ужинал в свой последний вечер в «Примавере». Мне нужен этот человек. Когда я его найду – а я непременно его найду, сэр, – он ответит мне на два вопроса. Первый – от кого и каким образом он узнал, что в этот вечер Иглет будет в «Примавере». Второй – о чем они говорили.
– А если окажется, что это просто случайный знакомый, с которым они выпивали на прошлой неделе, и которого Иглет пригласил поужинать, и говорили они о погоде и русских девочках?
– Это сомнительно, сэр. Иглет появился в «Примавере» неожиданно, он звонил туда из машины. Скорее всего, идея поужинать там возникла у него спонтанно. Кроме того, обратите внимание, сэр, что Мартин для нас, как сегодня выяснилось, недоступен. Если и вправду русские продолжали активно интересоваться Иглетом, как нам сегодня подсказали, а я эту версию исключить не могу, то они вполне могли спрятать Мартина. Если я предположу, что они же убрали Брачини из этой юрисдикции, то это не так уж и невероятно, сэр.
– Логично, Беннет. Значит, вы предполагаете, что эти русские подослали кого-то к Иглету с неким сообщением, и этого оказалось достаточно, чтобы Иглет повесился?
– Я до сегодняшнего дня русскими не занимался, сэр. Я просто искал человека, с которым Иглет ужинал в тот вечер. Но да, сэр, теперь я считаю, что так и могло быть. Хотя, честно говоря, сэр, я в это мало верю. Кстати говоря, сэр, у меня сложилось впечатление, что мистер Клейн навел нас на эту версию намеренно.
