Дыши, Энни, дыши полностью

– Я умру, – говорю я после трех миль.

– Если ты сейчас не заставишь себя, ты не сделаешь этого и за всю гонку.

– Я финиширую, – рычу я.

Мэтт широко улыбается:

– Вот это мне нравится слышать.

После несметного количества скручиваний, отжиманий и приседаний, мои бедра

болят, словно кто-то загнал в них дрель.

– Меня сейчас стошнит, – говорю я, стискивая свою тазовую кость.

Миранда Кеннелли

Дыши, Энни, дыши

– Пойдем растянемся.

В то время как я лежу на мате на полу, Мэтт начинает давить на мое бедро. Это дает

мне значительное растяжение, но это дико – то, что он стоит на коленях между моими

ногами.

– Это. Крайне. Неловко, – кряхтя, говорю я.

Мэтт, смеясь, сгибает мои ноги мне за голову и давит на колени. Боже, если бы я

увидела, как кто-то еще делает это, я бы подумала, что это предварительные ласки. Я

решаю закрыть глаза и молиться, чтобы это закончилось как можно быстрее.

– Что ж, это, безусловно интересно.

Я открываю глаза и вижу Джереми. Без футболки. Который наблюдает, как его брат

растягивает меня способом, который, возможно, выглядит как имитация полового акта.

– Что тебе нужно? – спрашивает Мэтт у брата. – Я работаю.

Джереми вытаскивает свои наушники из ушей.

– У меня был вопрос к Энни.

Мэтт переводит взгляд с брата на меня. Я все еще в самой. Неловкой. Позиции. В своей

жизни.

– Мы идем в воскресенье? – спрашивает Джереми.

– А что в воскресенье? – говорит Мэтт, поднимая брови.

– Я пригласил Энни пробежать со мной пять километров.

– Да, я могу пойти, – говорю я, что заставляет Мэтта распсиховаться.

– Почему никто из вас не спросил меня? – рычит он.

– Потому что у тебя от злости трусики бы в комок сбились, – говорит Джереми.

– В тысячный раз говорю, я не ношу трусики.

– Это не то, что я слышал.

– Парни, – жестко говорю я. Ну, настолько жестко, насколько это возможно, когда

тренер держит мою попу над полом, а ноги широко раскрыты и болтаются в воздухе, в то

время как двое братьев спорят о трусиках. – Мэтт, ничего, если я побегу пять километров?

Я собиралась спросить тебя попозже сегодня, хотела, чтобы это был как мой очередной

воскресный забег.

– Ты можешь сделать это, но только пока не станешь принуждать себя слишком

сильно. Иногда, когда люди бегут свою первую гонку, они входят в азарт, мчатся со всех

ног, наносят себе повреждения, и это сбивает всю их тренировочную программу.

– Я не позволю, чтобы это случилось, – серьезно говорит Джереми.

– Хорошо бы. А теперь уходи, Джер. Нам нужно закончить ее тренировку.

– Я заберу тебя в воскресенье утром, Энни. Напишу тебе, чтоб ты знала детали.

– Ладно, – отвечаю я, задыхаясь, когда Мэтт вновь скручивает мои ноги в крендель.

Джереми направляется к гирям, бормоча:

– Его трусики конкретно сбились.

Мэтт говорит мне сесть на шпагат, а затем плюхается передо мной, делая то же самое.

Он берет мою руку в свою и тянет меня вперед так, что мой нос касается мата.

– Ты должен стать инструктором по йоге, – смеюсь я.

– Спокойствие и тишина могут свести меня с ума.

Мэтт помогает мне подняться, и я поправляю топ и шорты, избавляясь от неприятного

ощущения врезающегося белья. Не в состоянии остановить себя, я исподволь

посматриваю на зал с тяжелыми весами. Джереми сидит на скамейке, делая подъемы на

бицепс. Женщина, одетая словно тренирующаяся барби, не сводит с него глаз.

– Энни, – тихо говорит Мэтт, глядя на своего брата, – если ты хочешь, чтобы он отстал

от тебя, просто скажи мне. Я сделаю так, что это произойдѐт.

– С ним все в порядке.

– А с тобой? С тобой все в порядке? – Мэтт касается моего плеча. – Я знаю, мы никогда

не говорили о твоем парне… но Джордан Вудс рассказала мне, что случилось. И я хочу,

чтобы тебе было лучше… не хуже.

– Мы просто друзья… и со мной все прекрасно. Правда.

Он широко улыбается, и на мгновение я завидую Кейт, что она выходит замуж за

такого милого парня. Я собираюсь идти в раздевалку, но разворачиваюсь обратно к

Мэтту:

– Почему бы мне было хуже?

67

N.A.G. – Переводы книг

Он почесывает шею:

– У Джера никогда не было ни с кем ничего серьезного. Он адреналиновый наркоман.

– Что именно это значит?

– Это означает, что он переходит от одной физической активности к другой, от одного

человека к другому – всегда в поисках следующей задачи, требующей максимальных

усилий. – Долгая пауза. – Это означает, что я не хочу, чтобы ты слишком привязывалась

к нему…

Джереми считает меня испытанием? Когда я сидела с ним на крыльце, придя к нему

домой, он сказал мне, как сильно я нравлюсь ему. Он казался искренним. Я лишь игра?

Внимательно смотрю на него. Он перешел к жиму лежа, поднимая штангу с двумя

гигантскими блинами. Джереми такой мощный, мне нужно восстановить дыхание.

– Мы просто друзья, – говорю я. – Это то, что мне сейчас нужно. Друг. – Делаю паузу. –

Но почему он такой?

– Это он сам должен рассказать.

А вот это правильный вопрос. Хочу ли я услышать эту историю? Не хочу ничего

серьезного с ним. Не хочу драмы.

– Забудь, что я спрашивала об этом, окей?