Дыши, Энни, дыши полностью

говорит Алиша. – Сколько уже прошло? Год?

Я стремительно прикрываю рот.

– Заткнись, – слышу я, как шикает мой брат. – Эван, если Алиша не может держать рот

закрытым, забери ее домой.

Кто-то бормочет что-то, но мне не слышно.

– Плевать, насколько поздно сейчас, – говорит Ник. – Она заткнется или поедет

домой.

Джереми садится прямо и дергает молнию палатки, готовый накинуться. Я тянусь,

хватаю его за плечо и трясу головой, беззвучно говоря, что оно того не стоит. Я не испорчу

день рождения Ника только потому, что какая-то тупая сука – тупая.

Я делаю глубокий вдох, втягивая нижнюю губу между зубами. Сжимаю их, чтобы

почувствовать боль.

Джереми закрывает палатку и искоса смотрит на меня.

– Мне нравится твой брат. Но если бы та девчонка сказала что-то о Лэйси или

Дженнифер, я бы макнул ее головой в унитаз и спустил воду. Ник явно намного

дипломатичней, чем я.

Я фыркаю в подушку, сама желая смыть голову Алишы в унитаз. Она даже близко,

нахрен, понятия не имеет, каково это – терять человека, с которым разговаривал каждый

день в течение трех лет.

Это самое тяжелое. Для всех остальных жизнь продолжается. Но что касается меня –

часть меня застряла в чистилище вместе с Кайлом… и в каком-то смысле мне хочется

остаться там. Я скучаю по нему. Моя вина, что он погиб. Я делаю еще один глубокий вдох,

надеясь, что он поможет мне продержаться какое-то время. У меня нет сил, чтобы

дышать.

– Ты в порядке? – приглушенным голосом спрашивает Джереми, ложась обратно

рядом со мной.

– Никто никогда не говорил мне такого дерьма в лицо, – шепчу я. – Вот что они

думают – что я патетична. Но они не имеют гребанного понятия, каково это.

Наступает неловкая пауза.

От моих громких слов мне легче.

Джереми закидывает руки за голову и упирается взглядом в верхнюю часть палатки.

– Они просто завидуют.

– И что это должно значить? – восклицаю я.

– Ты была влюблена. Они наверно завидуют этому. Я…

– Ты никогда не был влюблен?

– Не-а.

Я делаю паузу.

– Но хотел бы?

– А кто не хочет?

Разговор о том, чего ты нечасто слышишь от парней.

– Ты не встретил никого? – спрашиваю я, приподнимаясь на локте.

Он перекатывается на бок, лицом ко мне. Затем медленно качает головой.

Миранда Кеннелли

Дыши, Энни, дыши

– Я много встречался, – тихо признается он. – И, ну, иногда поначалу я ощущаю

всплеск чувств, но затем он проходит… даже когда я не хочу, чтобы чувства уходили, это

происходит.

– Так ты никогда не был близок с девушкой?

– А что ты имеешь в виду под близок? – спрашивает он с нервным смехом.

– Это когда ты держишь запасную зубную щетку в ее комнате в общежитии. Или

чешешь ей спинку. – Я издаю стон. – Боже, я скучаю по этому.

– Разве не продаются специальные штуки, чтобы самому себе чесать спину?

– Это не то же самое, – надуваю я губы.

– Это ты мне так сейчас намекаешь, что хочешь, чтобы я почесал тебе спинку?

– А ты мог бы? – поспешно спрашиваю я, поворачиваясь к нему спиной. – Слева,

сверху.

Он посмеивается, а затем аккуратно почесывает мою левую лопатку.

– Теперь ниже, – говорю я. – Теперь правее. Теперь левее. Немного вверх. Теперь вниз.

В середине спины. Вот здесь. Да. Теперь выше.

– М-да, теперь я вижу, что это намного эффективней, чем чесать самому, –

саркастично говорит он.

– Давай обратно выше и левее. Да, там, – стону я.

– Иисус. Это займет всю ночь.

– Тебе нужно еще где-то быть?

– Не-а. – Его пальцы все еще на моем плече. – Так могу я быть следующим, кому

почешут спину?

***

В понедельник, когда мы с Мэттом встречаемся у врача, его взгляд немедленно

бросается к моему колену.

– Оно не выглядит слишком опухшим, – говорит он, отставая от меня на шаг, когда мы

идем через парковку.

– И тебе привет.

– Как ты себя чувствуешь?

– Сегодня не болит.

Он запускает руку в свои светло-каштановые волосы.

– Я тревожусь о том, что будет на рентгене.

– Надеюсь, что, как Джереми и сказал, я просто перегружаю его. Не думаю, что я

разорвала что-то или растянула связки. Болит только когда я долго бегаю.

Открывая дверь в кабинет ортопеда, Мэтт бросает взгляд на мое лицо.

– Он сказал мне, что ездил в кемпинг с тобой в субботу вечером.

– Было весело, – говорю я и улыбаюсь до тех пор, пока он не смотрит на меня. – Мы

просто друзья.

– Я знаю, знаю. Джер уже раз пятьдесят говорил мне об этом.

Как часто они с братом разговаривают обо мне? И почему? Да, нас тянет друг к другу,

но мы правда всего лишь друзья.

– Просто будь осторожна, – добавляет Мэтт.

– С нами все в порядке. Ты должен больше доверять своему брату.

Он улыбается, искоса глядя на меня:

– Ты права.

Мы садимся в комнате ожидания, в равной мере заполненной аквариумами и

анатомическими постерами с изображением бедренных суставов и коленей. Я заполняю

документы, зажатые в планшете, и медсестра ведет меня в комнату для рентгена. Сегодня

я одета в шорты, так что мне не нужно возиться с переодеванием. Забираюсь на стол и