Дзен и железяка полностью

Прочь отсюда. Скорее. Ох, одежда же… Надо одеться, не пойдут же они по морозу босиком, как в песне. Проклятый номерок куда-то делся. Золотов чертыхнулся, нашел, протянул удивленной гардеробщице – сменщице Маши – и получил свое пальто, а потом куртку девушки. Он помог ей одеться, стараясь лишний раз не касаться, иначе не выдержит, и все случится прямо в машине.

Надо только доехать до дома, а там… Может, к ней? Это ближе. Нет. Там ремонт, условий никаких. На съемную квартиру, где мужчина обычно встречался со своими женщинами, тоже не хотелось ехать. Почему-то было ощущение неправильности, словно это все испортит. Так что поехали к нему.

– Куда мы едем? – сообразив, что давно проехали ее остановку, спросила Маша.

Ему понравилось, как она это сказала. Не «куда ты меня везешь», а «куда мы едем». Мы. Было в этом что-то.

– Ко мне. Надеюсь, ты не против?

Он посмотрел на нее в зеркало над лобовым стеклом.

– Нет, – тихо-тихо ответила, почти прошептала она.

Если бы не движение головы из стороны в сторону, Иван бы не понял, что она сказала. А Маша вдруг решилась, как в тот день, когда им помешал брат. Все давно к этому шло, пора бы уже. Как в омут с головой. И будь что будет.

Интересно, как это… «Ну, тогда, когда».

В общем, было любопытно, как это – с ним. И как это вообще. Никогда же не спала с мужчинами и… Короче, ужас! И хочется, и колется. Но больше все-таки хочется, если так посмотреть. Она коснулась рукой своих губ, заново переживая поцелуй.

***

Все было так, как она оставила. Плед небрежно брошен на кресло, а постельное она сразу же убрала с дивана в гостиной, как только Золотов утром уехал на работу. В остальном аскетичный минимализм, посреди которого она раньше ощущала себя чужой. Но не сегодня. Одной ночевки хватило.

Место уже не казалось чужим, как неведомая территория, принадлежащая мужчине.

Золотов поймал ее за руку, вернув обратно, обнял и поцеловал.

– Ты права, сегодня прилетает Тимур, – усмехнулся он. – Надо пользоваться, что его нет.

– Ну, да, – фыркнула она от смеха. – Бдит. Обликом орале. Ты из-за него со мной не танцевал, да?

– Да.

Они снова целовались, как два подростка за школой, пока их не видят взрослые. Словно в первый раз, и внутри все замирало и переворачивалось точно так же.

Золотов вдруг резко вскинул ее на руки, и Маша засмеялась от счастья.

– С ума сошел! Надорвешься, – легко коснулась она его губ.

Девушка сама не поняла, как они добрались до спальни. Только когда рухнули на эргономичный матрас, который спружинил под их совместной тяжестью, она поняла, что все очень, очень далеко зашло.

Золотов встал. Мужчина скинул рубашку, аккуратно свернул и повесил на спинку стула. Точно так же он поступил и с брюками. Маша, облокотившись на локоть, наблюдала, как он разоблачается. Иван снял очки и положил их на прикроватную тумбочку. Маша ждала, что же будет дальше. Он осторожно коснулся одной лямки ее сорочки, спуская вниз, на плечо. Затем другой.

Ткань упала вниз, обнажая грудь в обрамлении кремового бесшовного лифчика, который она носила на тренировки. Девушка на миг пожалела, что не надела кружевной комплект, который купила, гуляя по «моллу» с подругой. Спонтанная покупка. Но по закону подлости сегодня на ней простое белье без изысков.

Золотов замер, изучая конструкцию. Хм, застегивается спереди. Очень удобно. Щелчок – и лифчик долой. А там…

Все было так, как в том самом сне. Или в ту предновогоднюю ночь, только лучше. Он никогда не думал, что так бывает в реальности. Совершенство.

Маша ахнула, когда он горячими ладонями коснулся ее кожи, погладил плечи и вдруг, как в чашу, заключил грудь в ладони.

– Иван?

Он не ответил. Наклонившись, он поцеловал ее там, в ложбинку декольте. У девушки все сжалось внутри от этого странного, нового, пронзительного чувства. Между ног то ли боль, то ли сладость. И еще непривычное томление.

– Я…

Кажется, она хотела что-то сказать, но забыла, что именно, потому что мужчина все так же бережно опрокинул ее на простыни и наклонился над ней, глядя глаза в глаза.

– Можно? – спросил он.

Она, лишившись дара речи, молча кивнула. Мужчина целовал, целовал ее, и она уплывала куда-то далеко-далеко, где остались только она и он. Золотов осторожно стащил топик у нее через голову. Маша послушно подняла руки, когда он это сделал. Большая мужская рука накрыла заветный треугольник между бедер. Только тонкая ткань трусиков отделяла его от цели.

– Я сниму?

Маша кивнула и на миг зажмурилась. Ну вот, больше нет секретов. Он видел ее всю. Она не стыдилась, просто отчаянно стеснялась. Еще подумала, вдруг ему не понравится то, что он видит перед собой. Собравшись с духом, посмотрела на него и, к своей радости, убедилась, что очень даже нравится. Мужчина жадно, в странном нетерпении смотрел на нее.

И снова целовал, только уже не в грудь, а в живот, заставляя ее напрячься в ожидании. По коже пробежали мурашки, а между ног вдруг так сильно сжалось, что она слабо застонала от нетерпения. Хотелось, чтобы он продолжил, и страшно не хотелось, чтобы останавливался. Девушка решила идти до конца, и будь что будет.