Улыбка его погасла, он напряженно сглотнул.
— Однажды я сбежал. И в каком-то смысле бегу, не останавливаясь, до сих пор. — Он молча пересек комнату и опустился в изношенное кресло в углу.
— От чего вы сбежали? — рискнула я.
Он приподнял бровь, но не ответил.
— С трудом представляю, что может напугать человека, который сражается с монстрами, — улыбнулась я.
Лицо его приняло серьезное выражение.
— Перспектива стать человеком, который не сражается с монстрами.
Закрыв глаза, он откинулся на спинку кресла.
— Стать человеком, которого побеждают монстры. Я убегал от этого очень долго.
Я кивнула, не зная, что еще сказать. Тиканье часов в коридоре отдавалось эхом по всему дому. Наконец Джекаби нарушил молчание.
— Я рассказывал вам историю про два пенни?
Я помотала головой.
— Что, какая-то очередная сказка?
— Воспоминание. В тот день я встретил одного человека.
— В какой день?
— В тот, когда сбежал. Тогда дар был для меня еще в новинку, и мне предстояло многому научиться. Я шел куда глаза глядят, маленький мальчик, на неподготовленные плечи которого взвалили бремя всего мира. Мне было все равно, в каком направлении двигаться, лишь бы идти.
Через несколько часов я вышел к ближайшему городу, в котором встретил мужчину в заляпанном комбинезоне и выцветшей кепке, с седыми волосами и кустистыми усами. Рядом с ним стояла грязная тачка, а в руках он держал метлу с длинной ручкой — это был простой рабочий, чистивший фонтан на городской площади. Не знаю почему, но я остановился, чтобы понаблюдать за ним. В том, как он работал, было что-то успокаивающее.
Рабочий уже собирался уходить, когда мимо прошла супружеская пара с маленькой девочкой, которая чуть отстала. Старый рабочий отложил метлу и поприветствовал их с добродушной улыбкой. Он показал девочке пенни, которое нашел в фонтане, и рассказал какую-то обычную байку про колодец желаний и счастливые монеты. Я тоже слушал, сидя на скамейке. Родители девочки довольно кивали — похоже, мужчина им нравился. Девочка не сводила глаз с монеты. Вся его история, конечно, была выдумкой от начала до конца.
Закончив, он протянул девочке монету. Она торжественно закрыла глаза и бросила ее в воду. Пожилой мужчина приподнял кепку, и счастливое семейство пошло дальше.
Я все сидел на скамейке и смотрел им вслед. Я видел монетку — это было самое обычное пенни, ничем не примечательное. Безо всякой ауры, без свечения, без волшебства. И все же…
Невероятно, но девочка вся преобразилась. Вокруг нее возникло новое свечение. Я видел его ясно, как пламя свечи. Это была синяя аура, но теплого оттенка. Как будто ее зачаровали — да в каком-то смысле так это и было. Я бы поставил что угодно на то, что желание этой девочки в конце концов сбылось.
Повернувшись, я заметил, что рабочий смотрит прямо на меня. Жестом он предложил мне подойти к нему, так что я встал со скамейки и неуверенно приблизился. Он скинул свою куртку на тачку, протянул руку и положил второе найденное пенни мне в ладонь.
Это была такая же монетка, как и первая. Как бесчисленное множество других. С потертой головой индейца. Медная. Маленькая. Можно даже сказать, самая непримечательная из всех отчеканенных монета в один цент. Мужчина сказал, чтобы я загадал желание. Я устало улыбнулся и швырнул монетку в фонтан.
— И что вы загадали?
— Ничего, — ответил Джекаби, потирая шею. — Моя жизнь, какой я ее знал, закончилась. Я остался один-одинешенек. Мне не хотелось ничего из того, что мне могло бы дать пенни. Мужчина похлопал меня по плечу и пошел, толкая тачку по мостовой. Я проследил за тем, как моя монетка опустилась на дно фонтана. И тогда я увидел его.
— Увидели что?
— Первое пенни, которое бросила девочка. Оно сияло синим цветом, но теплого оттенка, как и аура девочки, — цветом надежды. Моя монетка опустилась рядом с ним, бурая и темная. Ее монетка изначально была такой же невзрачной, как и моя, но желание изменило ее. Теперь она лучилась ярким оптимизмом — и в самом деле настоящая счастливая монетка.
— Получается, вы упустили возможность, — сделала вывод я. — Сказка мужчины оказалась правдой. Вам нужно было загадать желание.
Джекаби открыл глаза, и улыбка его постепенно вернулась.
— Мне тогда не столько требовалось исполнение желания, сколько нужно было усвоить урок. Я узнал то, что должен был узнать. Узнал, что мы сами творцы своей удачи, мисс Рук. Дело было не в монете. Я нашел нечто, во что можно верить. В этом и заключена настоящая сила.
— Хорошая история, — признала я. — Так что же вы нашли, во что можно верить, сэр?
Джекаби долго смотрел на меня. Его серые глаза буравили меня, но выражение лица было на удивление мягким. Наконец он встал с кресла.
— Спокойной ночи, мисс Рук. Пока еще не наступило утро.
И с этими словами он вышел из моей комнаты. Я услышала, как он шагает по ковру, как закрылась его дверь в конце коридора. И в это же мгновение я испытала странное чувство облегчения. Сжимавший меня страх словно растворился. Мне казалось, что если я сейчас посмотрю на свое тело, то увижу, как его окутывает сияние — синее, но с теплым оттенком надежды.
