– Мы работали на рынке "Южный", мы редко там работаем, там охрана. Один мальчишка дал мне свою лопату и подстраховывал, чтобы всё шло гладко. Я снял лошка. Отработал сотку. Давай отваливать. Бежать нельзя, сам полагай, спалит. Оглядываться – тоже. Вдруг он уже прокусил что к чему и уже ищет меня в толпе? Я оглянусь, тут-то он меня и опознает. Отваливаю быстрым шагом. А самому всё кажется, сейчас он подбежит, руку на плечо положит и скажет: "А ну, стой, братэлло!" Я эту руку его плечом прям чуть ли не чувствовал. Ты знаешь, я в жизни мало чего боюсь. А тут – такая шугань… Еле до подъезда дошёл. Забыл про лифт, забегаю на девятый этаж, разворачиваю… Она аж взмокла в кулаке, моя первая, честно отработанная сотка! Сотка баксов!
– А если он честный труженик, копил, копил…
– Накопительство – это ужасный грех, – усмехнулся Виталий. – Оно высасывает кровь из экономики. Деньги существуют лишь для обмена их на товары производства.
– А если ты уже купил всё, что тебе необходимо?
– Тогда – на средства производства. Или на то, что помогает нам их сэкономить. Деньги должны делать деньги, а не лежать под матрацем. Добро пожаловать в капитализм! Пора выкинуть из головы эти совковые стереотипы, когда деньги были, а купить на них было нечего. Да к тому же я что-то не припомню, чтобы ты или я с береговой зарплаты смогли скопить хотя бы сотку баксов. Мы кидаем только морских и барыг. А у них соткой больше, соткой меньше… К тому же, кидая, мы заставляем человека быть осторожнее. Если бы не мы, его всё равно бы кинули, ведь он потерял бдительность, расслабился и начал доверять. Но уже – по крупному! Так что, кидая, мы приносим очевидную пользу. Можно сказать, оказываем услуги населению.
Своей подруге Анжеле, у которой он жил во время ремонта, Виталий так и говорил, что работает в сфере услуг на каком-то мифическом грузовичке.
– Она видит, мальчишки за мной каждое утро на «Кресте» подкатывают. Что я могу ей сказать? Развожу чипсы. А кого я там на самом деле развожу, её иметь не должно.
– А как именно ты отработал сотку?
– Как, как… Есть один доллар?
– Да, – произнес Банан. Порывшись в бумажнике, достал доллар и протянул его Виталию.
– Смотри, складываешь его в четверо, вот так. Понял? А сотка есть? Да не бойся, я покажу и отдам. Я ж не фокусник, – усмехнулся он.
– Да кто тебя знает, – недоверчиво усмехнулся Банан и нерешительно вынул сотню.
– Эту я беру у клиента, типа для обмена её на рубли, и что-то говорю ему. Не важно что. Типа, а она точно настоящая? А где ты её взял? И одновременно не спеша складываю её точно так же. Видишь?
– Ну и?
– Дай на секунду лопату. Мне надо показать.
– Ну, на, – произнес Банан, недоверчиво протягивая ему бумажник.
– Доллар прижимаю снизу мизинцем, а сотку его ложу сверху. Потом вытягиваю шею, смотрю за ним через плечо и говорю испуганно: «Менты!». И когда он на мгновение оглядывается, я быстро переворачиваю лопату и доллар оказывается сверху, а сотка – снизу.
Несмотря на узловатые пальцы, это получилось у него довольно ловко.
А если бы он на них смотрел, получилось бы ещё ловчее.
– Ловко! – довольно усмехнулся Банан.
– А когда он тут же поворачивает голову обратно и смотрит на бумажник, я протягиваю ему свернутый доллар и говорю: «Если честно, не нравится мне твоя сотка. И вообще надо валить отсюда, пока нас менты не повязали». И быстро отваливаю.
– А если это подстава?
– Так для того и подстраховывает напарник. Он смотрит по сторонам и хавает движуху. И если замечает хоть что-то подозрительное, проходит мимо меня и мимоходом спрашивает: «Не знаешь, где можно купить кожаную куртку?». Сигналом служит слово «кожаную». Или любое другое словосочетание с производным от словом «кожа». Можно использовать любое другое слово, не важно, но, в основном, используем его. Так как слово «кожа» уже стало сигналом того, что нужно срочно валить. Спасать свою шкуру! А с новым словом ты, от волнения, можешь не воспринять это как сигнал, и тебя повяжут.
Пришлось Банану отдать ему лопату, пусть гребёт.
Но с девицами у них почему-то не росло.
– Не пойму, – признался ему Банан через несколько дней. – Ты худющий как смерть, страшный, как мое прошлое. Я же – подкачанный красавчик! Но все девушки ведутся не на меня, а на тебя. В чём дело?
– Ну, ты смешной. И хотя я тоже считаю себя красавчиком, – усмехнулся Виталий, – не даром у меня в армии было погоняло Микки, так как я на него похож, но девушки ведутся не на тебя, и даже не на меня. А на то, что они хотят от тебя получить. Твоё тело – ничто, их жажда – всё! Ты должен понять, чего именно хочет девушка. А все они в этой жизни хотят примерно одного и того же.
– И чего же они хотят?
– Того, что ты можешь купить им за деньги. И тебе остается только создать у них в голове иллюзию твоего богатства, приобретя его вещные и поведенческие атрибуты. И расцвечивая их своей игрой во власть имущего. Чтобы они с восторгом кинулись у тебя это отнимать, надеясь хотя бы на крохи с твоего барского стола.
– Но у тебя же вообще нет денег! – не понял Банан.
