Незваный гость тем временем двинулся в обход кровати, так ничего и не сделав ни одному из них. Вскоре он появился в поле зрения Юли, но она могла видеть его лишь краем глаза и в темноте разобрала только бесформенную темную массу. Может, это мужчина в черном балахоне, может, старуха из леса в темном тряпье… Не понять. Одно она видела четко: человек подошел к комоду и потянулся к шкатулке.
Юля прикрыла глаза и снова дернулась, пытаясь преодолеть сковавший ее паралич, и на этот раз ей удалось: она смогла перевернуться на спину. Тут же подскочила, садясь на кровати и обводя взглядом комнату. Та, конечно, оказалась пуста. Шкатулка стояла на месте, дверь была закрыта.
«Света не было, ― вдруг подумала Юля. ― В коридоре всю ночь горит свет. Если бы дверь действительно открылась, я бы увидела свет, даже лежа к ней спиной».
Значит, дверь не открывалась, а внезапное вторжение ей лишь приснилось. Жаль, она не умеет ловить сны на таких несоответствиях. Говорят, это помогает быстрее очнуться от кошмара.
Пропустив волосы сквозь пальцы, Юля подтянула колени ближе к груди, обняла их руками и пристроила сверху подбородок. Сердце колотилось все еще гулко, хоть и не так быстро, как мгновения назад. Фонари за окном по-прежнему ярко горели, рядом размеренно дышал спящий, ни о чем не подозревающий Влад. Юля повернула голову и посмотрела на мужа, размышляя, стоит ли разбудить его, чтобы тот выслушал рассказ о ее кошмаре, и успокоил, как умел только он.
«Нет, пусть спит. Ты уже не маленькая, чтобы бегать за утешениями после кошмаров».
Впрочем, она и маленькой не особо часто это делала, не желая тревожить устающую на работе мать, которая растила ее одна.
Юля подняла голову и снова посмотрела на шкатулку. Та неподвижным монолитом темнела на комоде, как всегда вызывая смутное чувство тревоги.
«Надо бы убрать ее отсюда, ― мелькнула в голове внезапная мысль. ― А то как бы и вправду за ней кто-нибудь не пришел». Она вообще считала плохой идеей тащить шкатулку сюда. Пусть бы и дальше лежала в подвале. Влад вполне мог заниматься ею там или, по крайней мере, возвращать на место каждый раз, когда ему не удавалось ее открыть.
Стараясь не шуметь и никак иначе не потревожить мужа, Юля вылезла из-под одеяла, схватила висящий на спинке кресла халат и облачилась в него. Крадучись дошла до комода и взяла шкатулку крайне осторожно, словно в ней лежала как минимум бомба.
По пути к двери она едва не забыла взять ключ-карту, но в последний момент сунула ее в карман халата. На ручку двери нажимала мучительно медленно, а саму дверь приоткрыла лишь узкой щелкой, чтобы свет из коридора не упал на лицо Влада.
Выбравшись из номера, она выдохнула, постаралась сбросить с себя напряжение и принять независимый вид. Ей предстояло пройти через холл, где дежурили ночной администратор и охранник, а потому хотелось выглядеть так, чтобы никому даже в голову не пришло спросить, куда она направляется посреди ночи.
Однако ей повезло: в холле оказалось пусто. Люба, вероятно, отошла в туалет, а охранник сидел у себя в комнате. Это упрощало задачу. Юля торопливо пересекла холл и ткнула в кнопку вызова лифта. Тот тихонько загудел, приближаясь аж с третьего этажа.
В туалетной комнате рядом послышалось урчание слива в унитаз, а потом и шум воды, льющейся в раковину. Юля нетерпеливо притопнула ногой, следя, как цифра в окошке сменилась с 2 на 1. Раздался тихий звонок, возвещающий о прибытии кабины, и двери с деликатным шорохом скользнули в стороны. В туалетной комнате смолк шум воды. Юля шагнула в лифт и торопливо нажала на кнопку «Р». В их гостинице не было подземной парковки, как и любого другого подземного этажа, но, закрыв двери, кабина все же уверенно поехала вниз.
Как долго ехала, Юля не знала: ощущение времени вдруг отказало ей. Могли пройти и считаные мгновения, и несколько минут, прежде чем кабина остановилась, а двери вновь скользнули в стороны.
Перед ней начинался длинный темный коридор. На самом деле Юля не видела, как далеко тот тянется, ведь света из лифта хватало всего на пару метров, но она почему-то все равно знала, что коридор должен быть длинным.
Воздух здесь холодил кожу и казался тяжелым, спертым. Шагать в неизвестность темноты было страшно, но она все же заставила себя. От шкатулки нужно избавиться как можно скорее ― эта мысль билась в голове с частотой вновь подскочившего пульса.
Юля не сделала и пяти шагов, когда двери лифта закрылись, лишая ее единственного освещения. Дальше идти пришлось наугад. Вспомнив, как это прежде делал Влад, когда под рукой не оказывалось трости, она выставила вперед руку, другой прижимая довольно тяжелую шкатулку к груди.
«Надо было хотя бы телефон с собой взять, там фонарик», ― мысленно укорила себя Юля, но поворачивать назад казалось уже неуместным. Ей не проскочить незамеченной во второй раз.
