Как смог объяснить мне, внятно растолковав, почему участников и организаторов дерзкой войны непременно нужно награждать, а не наказывать. Дословно не помню, но осталось чувство, что только последняя неблагодарная свинья не примет искреннее раскаянье провинившихся героев, а приняв, не воздаст должного подвигу. Убедил, аспид, и теперь носит на груди Георгиевскую звезду — иных наград в шкатулке на моём столе не оказалось. Кстати, чтобы не нарушать статута, пришлось производить Александра Фёдоровича в гвардейские майоры, записав в батальон к полковнику Тучкову. Тот не возражал.
Кулибин ехать в Москву отказался категорически. Можно понять человека — французский император прекрасно проживёт без встречи с механиком, а вот проект новой паровой машины, предложенный инженером Горбатовым с канонерской лодки «Гусар», отлагательства не терпел. И деньги, привезённые Беляковым, тут пришлись как нельзя кстати. Обещают к лету сделать опытный образец, провести испытания, и запустить в производство на трёх заводах одновременно. Дело за малым — построить те заводы.
— А вот и я, дорогой! Заждался? — появившаяся императрица несомненно напрашивалась на комплимент. — Не вижу радости в глазах.
— Душа моя, любая радость меркнет перед твоей обворожительной улыбкой, а звёзды на небе просто гаснут от зависти.
— Льстец.
— С чего бы? Загляни в зеркало.
— Уже гляделась. А как ты находишь мою шубку?
Сказать довольной женщине, что на ней шуба как шуба, ничем от тысяч таких же не отличающаяся? Увольте… в пехотной атаке на укреплённые артиллерийские позиции гораздо больше шансов на благополучный исход.
— Она тоже прекрасна.
Удовлетворённая ответом Мария Фёдоровна благосклонно кивнула, сделала знак фрейлинам, и двинулась прощаться с детьми. Но, чёрт побери, зачем она тащит весь свой курятник прямо через мой кабинет? Да что уж теперь, пусть бродят… Главное сейчас, это ничем не отвлекать дражайшую супругу, иначе обязательно вспомнит о чём-нибудь недостаточно тщательно сделанном, и муки ожидания перейдут на новый круг.
Неужели свершилось чудо, и мы выехали? Вроде так оно и есть, но верится с трудом. Впрочем, это ненадолго — скоро начнёт темнеть и придётся останавливаться на ночлег. Вот потом можно будет спать прямо в дороге, с относительными удобствами завалившись в кибитку, представляющую собой маленький домик на полозьях, с настоящей печной трубой на крыше. А сейчас нельзя. Нет, не суеверие такое и не освящённая веками традиция следования царских поездов — пока охрана не проверит маршрут и не даст добро, поспешаем медленно.
Проводы императорской четы из Петербурга превратились в народное гулянье. Толпы нарядно одетых людей с радостными криками махали вслед платочками, а некоторые даже утирали умилённую слезу. Уж не знаю, Бенкендорф ли организовал мероприятие, или сами горожане, воодушевлённые предстоящим долгим отсутствием строгого государева пригляда, устроили праздник, но подозреваю, что гудеть будут не менее недели. Как мало нужно человеку для радости!
У нас тоже веселье — ахтырские гусары из Третьего Особого полка красуются перед дамами, те злонамеренно их не замечают и бросают томные взгляды на казаков лейб-конвоя, красногвардейцы с видом превосходства смотрят на всех, а сводный хор дьяконов поёт нечто фривольное, в некоторых местах нарочито неразборчивое. Песенников залихватским свистом поддерживает сам князь Платов-Донской… Вот уж от кого не ожидал подобного ребячества! И общая атмосфера поезда какая-то карнавально-маскарадная — чувствуется приближение масленицы? Так до неё ещё…
Военный министр в веселье участия не принимает — даже лёгкий морозец не мешает Аракчееву читать толстую книгу, время от времени делая на полях пометки карандашом. Новая страсть — переигрывать сражения древности при условии применения обеими сторонами скорострельных винтовок и артиллерии, захватила Алексея Андреевича целиком. По его расчётам Цезарь не имел ни малейшего шанса на успех в галльских войнах, а Ганнибал не только разрушил Рим дважды, но и дошёл до Индии. Вполне нормальное увлечение, всяко лучше амурных похождений фельдмаршала Кутузова.
А не было ли ошибкой доверить подготовку Москвы к встрече двух императоров Михаилу Илларионовичу? Или зря переживаю? Но не Бенкендорфа же посылать, особенно после недавнего конфуза с полным провалом учений его разведшколы. Справиться бы он справился, только без меня ему на глаза Христофору Ивановичу лучше не показываться — строгий отец не прибьёт, но может, воспользовавшись моментом, потребовать жениться. На ком? Найдёт на ком — в Москве из каждого окошка по три княжны да две графиньки выглядывает.
— О чём задумался, Павел? — женский извечный вопрос. Не могут изобрести иное начало разговора?
Мария Фёдоровна говорит тихо — рядом с ней, закутанная в меха так, что только нос наружу торчит, посапывает самая младшая из фрейлин. Зачем маленькую девочку тащить в этакую даль? Ладно бы летом, но сейчас? Не понимаю…
— Душа моя, может быть отправим девочку домой?
