— Ладно, тогда мы отправляемся без вас. До свидания. Позвоните как-нибудь, — Ежиха чмокнула меня в щеку. Номера ее телефона я не знал.
Я боялся, что рыжая змея все-таки обманет меня, но она действительно никуда не сбежала. Цокая каблучками, прохаживалась вдоль стоящих за оградой машин, нетерпеливо поглядывала по сторонам.
— Которая твоя?
— Садись, — я подошел к «Тойоте» и открыл дверцу. Регина забралась на переднее сиденье с очень довольным видом.
— Меня в отличие от тебя на поминки не позвали… А пожрать хочется. Предлагаю поехать в какой-нибудь кабак, там и разговаривать будет удобней. Или ты не можешь отказать безутешной вдове и отправишься сейчас в Химки?
— Прекрати. Поедем, куда скажешь.
— Ну, вот и чудно.
Я нажал на газ, и машина тронулась с места.
— Я смотрю, ты завел дружбу с этой вешалкой? — Она сдернула с головы шарф, развернула к себе зеркало заднего вида и стала поправлять рыжие волосы.
— С кем? — не понял я.
— Ну с Жанночкой с этой. А?
— Не твое дело. И оставь зеркало в покое, если не хочешь, чтобы мы последовали примеру твоего Миши.
— А ты мне не хами! — возмутилась рыжая, но все же вернула зеркало назад. — Я тебе не Жанна, я привыкла к вежливому обращению.
— Да далась она тебе, эта Жанна! Успокойся, теперь вам делить нечего — Миши вашего общего больше нет. А ей, между прочим, хуже, чем тебе, — у нее ребенок.
— И что ты мне предлагаешь, жалеть ее? Вот еще! Ей теперь и дом достанется, и квартира, и деньги — у Миши были кое-какие сбережения… А я осталась и без него, и без средств к существованию.
— Бедняжка! — иронически заметил я.
— И не говори. Самой себя жалко. Теперь вся надежда на тебя и на твои отцовские чувства.
— Какая же ты дрянь!
Регинка поглядела на меня зелеными в крапинку глазами:
— Знаешь что — остановись вон там. По-моему, симпатичный кабачок. А то я есть хочу — умираю.
Мы подъехали к придорожному ресторану, стилизованному под деревянную избушку, зашли внутрь и выбрали себе место на открытой веранде второго этажа.
Я заказал себе только стакан минералки — мне кусок в горло не лез, Регина же не собиралась ни в чем себе отказывать. Подробно расспросив обо всех блюдах официанта, она выбрала салат из креветок, печенку с грибами и вишневый пирог.
Эта девица не переставала меня удивлять происходящими с ней переменами. Только что она была одним человеком — и тут же, прямо на глазах, преображалась в совершенно другого. Во время поедания салата ее вдруг потянуло на откровенность.
— Мы собирались с Мишей пожениться, — говорила она, не переставая жевать. — И поженились бы, если бы не эта его нелепая смерть. С таким мужем я бы большие дела делала… Да, я была ему отличной парой, не то, что эта дура Жанна. Как же все-таки он не вовремя умер… Теперь мне придется самой заботиться о себе, — она отодвинула тарелку с опустевшей половинкой авокадо.
— Я уже выразил тебе свое сочувствие. Чего ты еще от меня хочешь?
— Как чего? Денег, конечно!
Ей подали печенку, и она с жадностью на нее набросилась. С непрожаренного куска мяса капала кровь, Регина собирала ее хлебом с тарелки и слизывала с губ, только что не урча от удовольствия.
«Как вурдалак», — подумалось мне.
Когда она покончила с десертом, в глазах ее появилось выражение сытости и счастья.
— Ну, чего ты еще не понял? — Она откинулась в кресле. — Спрашивай, пока я добрая. Расскажу.
Более всего меня волновал один, самый главный вопрос, но я не стал задавать его сразу, так как знал, что ответа все равно не получу. Я решил зайти издалека — вдруг она проговорится о чем-нибудь важном…
— Откуда вы узнали о моем наследстве?
— Понятия не имею, — отвечала Регинка, закуривая тонкую сигаретку с золотым ободком на фильтре. — Миша откуда-то прослышал… Предложил мне поучаствовать в спектакле, я согласилась — надо же девушке как-то на колготки зарабатывать…
— А потом рвать их, делая вид, что попала под машину.
Она довольно улыбнулась.
— Это я сама придумала! Полдня ногу гримировала… Здорово получилось, правда? Ты ведь тогда ничего не заподозрил, признайся! И Юлю твою удалить тоже я сообразила…
— Вот как, значит? — я уже догадывался о чем-то подобном.
— А ты думал? Просто так, что ли, она на передачу попала? Миша помог, благо он в этом проекте работает. Она, кстати, у тебя девочка ничего… У тебя, я смотрю, вообще неплохой вкус на женщин, вот только Жанна…
— Так вы все время держали Светку в этой самой профессорской квартире? — перебил я.
— Угу, — кивнула Регина, стряхивая эффектным движением пепел. — Не сразу, конечно, только после того, как ты от меня второй раз ушел. А ты, значит, после нашего отъезда все-таки ухитрился туда проникнуть? Молодец, соображаешь, я от тебя не ожидала…
— А платьице вы зачем с нее сняли?
— Ну, мало ли… Вдруг ты все-таки заявишь в милицию — с тебя станется, — они станут искать девочку в голубом платье. Вот я и купила ей на рынке, или, как это у вас называется, на базаре, джинсики с футболочкой.
— Регина, где теперь Светка? — простонал я. Она отрицательно покачала головой. — Ну, скажи хоть, на Украине или в России?
