Он плотно сжимает губы и, развернувшись, покидает комнату, запирая за собой дверь.
Медленно сажусь, не спуская глаз с закрытой двери, уставившись на нее, будто там я смогу найти ответы на все свои вопросы.
Но ответов больше нет.
Встаю с кровати, заворачиваясь в простынь.
Подхожу к двери и, опираясь на нее, прикладываю ухо к прохладному дереву, пытаясь услышать хоть что-нибудь.
Но в коридоре стоит тишина. Он уже ушел. Либо он так же, как и я, прислушивается.
В отчаянии закрываю глаза, прислоняясь к двери и скользя вдоль нее на пол, оставляя невидимые дорожки от пальцев на холодной и твердой деревянной поверхности.
* в Библии "The Fall" (ориг. название главы — прим. переводчика) — грехопадение, т. е. утрата человеком изначальной чистоты и богоподобия в результате первого греха — непослушания Богу; соблазнённые сатаной в образе змея, Адам и Ева нарушили запрет и вкусили плод с древа познания добра и зла, за что были изгнаны из рая.
— также у этого слова есть и другое значение, помимо прямого ("падение"), которое применимо к девушкам, и это "потерять невинность", "утратить целомудрие".
Что значит непорочность? Как понять?
Адское пламя и то не столь опасно,
Как трехголовый Цербер у врат аидова царства.
Но даже пес не в силах совладать
С огнем внутри, подобно малярии
Охватывающем все естество;
То — грех… грех!
Сильвия Плат, Лихорадка 103
Благословите, Отец, ибо я согрешил словом, делом и мыслию.
Подтягиваю колени к подбородку и плотнее заворачиваюсь в простыню, будто пытаюсь укрыться от всего мира в таком незатейливом коконе. Грубая ткань царапает влажную от пота кожу.
Если бы я могла так же просто спрятаться от того, что сделала.
Закрыв глаза, прислоняюсь затылком к двери. С губ срывается тихий стон, и безмолвные слезы катятся по щекам.
Пустота внутри. Я — как одинокая лодка посреди бескрайнего океана. Всеми покинутая и потерянная.
И безгранично печальная.
Все изменилось. В одночасье. Он перевернул все с ног на голову за один вечер.
Он и в этом преуспел. Просто мастер изменять реальность. Он изменил меня до неузнаваемости. Я была Гермионой Грэйнджер. Гермиона Грэйнджер верила, что в каждом человеке есть что-то хорошее, стоит только постараться отыскать это. Гермиона Грэйнджер думала, что, если приложить достаточно усилий, то можно достичь всего. Гермиона Грэйнджер превыше всего ценила свой ум и отвагу. Гермиона Грэйнджер хотела изменить мир к лучшему. Гермиона Грэйнджер…
Гермиона Грэйнджер была девственницей.
Глубоко вздохнув, подавляю рыдания, разрывающие душу на части, и вытираю слезы.
Но тщетно. Горячие соленые капли продолжают падать с ресниц, как если бы вместе с потоком слез я пыталась выдавить из себя всю боль.
Я больше не та девочка. Я уже и сама не знаю, кто я. Я стала слабой и жалкой. Позволяю другим делать со мной все, что им заблагорассудится, без малейшего сопротивления. И, когда мужчина, которого я ненавижу больше всего на свете, делал… я не просто хотела этого, нет. Я жаждала всем своим существом его прикосновений…
Хочу вновь почувствовать себя человеком, пусть Люциус и не перестает твердить, что я хуже животного.
Почему мне так необходимо, чтобы он доказал мне, что я стою большего?
Чувствую себя жутко грязной.
Надо принять ванну. Я до сих пор ощущаю на себе его запах. Острый, мускусный, опасный. Никогда не ощущала его прежде, но теперь уж точно ни с чем другим не спутаю.
Я впитала его в себя. Он проник через поры в кровь. Я чувствую его вкус на языке. Он всецело поглотил меня.
Обхватываю себя руками, царапая кожу и оставляя на ней красные борозды от ногтей.
Я все еще чувствую его. Его руки на своей спине, бедрах, груди, ягодицах. Его пальцы, оставившие после себя синяки. Его прикосновения, лишившие меня последних остатков моей невинности.
Больно. Все еще больно, после того, как он…
Разворачиваю простынь, чтобы взглянуть на себя.
Мое тело осквернено. Запястья пересекают багровые шрамы, пальцы Люциуса оставили красные дорожки на моих бедрах, а с внутренней стороны…
Кровь. Ее не много, но все же это кровь.
Вновь заворачиваюсь в простынь и закрываю глаза, не в силах больше смотреть на себя.
Мне противно. Не могу смириться с тем, что мы сделали. Я позволила ему совратить себя.
И Рон… Господи! Рон…
Даже не хочу сдерживать новый поток слез. Я предала его. Единственное хорошее, что осталось у меня в этом мире, а я так вероломно разрушила его доверие…
Но я не хотела, чтобы так было! Не хотела, чтобы это произошло.
Тогда почему ты не остановила его?
Прячу лицо в ладонях, пытаясь не вспоминать его прикосновения. Не буду думать об этом, нет, потому что подобные мысли — прямая дорога в Ад.
Почему он сделал это? Почему после всего, что между нами было, он зашел так далеко? Почему не смог сдержаться?
