А Алёна вдруг припомнила разговор с сестрой месяц назад, как та говорила, что готова на всё, лишь бы удержать Вадима. И даже не его самого, а тот уровень жизни, который он мог ей дать.
Прохорова стало жаль. По-настоящему жаль, не смотря на всё, что между ними случилось, на все его слова и поступки по отношению к ней, зачастую несправедливые и болезненные.
– Скорее всего, не врёт. И я совершенно не удивлена такому повороту событий. – Алёна на Вадима посмотрела, тот выглядел подавленным. – А ты что, совсем не рад будешь? Ты же говорил о детях, мечтал о сыне.
– Мы с тобой мечтали, – проговорил Вадим в сторону. – Мы планировали, всё было правильно и понятно. А сейчас я не знаю, чему я рад. Или не рад.
– Потому что твоего мнения не спросили? Ты уже взрослый мальчик, Вадим, должен был понимать последствия…
– Мы предохранялись! – выдохнул он в негодовании.
Алёна смотрела на него с сожалением.
– Ты или она? Она тебе сказала, что пьёт таблетки, а ты поверил? Вадим, это же Зоя.
– И что мне делать? – спросил он.
А Алёна лишь плечами пожала.
– Я не знаю. Если она беременна, это твой ребёнок. Ты должен нести ответственность. А уж как ты будешь это делать, я не знаю. И советовать тебе не могу.
– А кто может?
Алёна помолчала, а затем сказала то, за что стало немного стыдно. Не за сами слова, а за ту мелкую месть, что в эти слова вложила, но промолчать оказалось выше её сил.
– У тебя же мама психолог, посоветуйся с ней.
Вадим смотрел на неё, в упор. Спросил:
– А ты?
И этот короткий вопрос означал именно то, что означал, и Алёна в ответ на него улыбнулась.
– У меня всё хорошо. Я счастлива.
На этом и расстались. Алёна оставила сникшего Вадима в одиночестве за столом, и ушла. Правда, оглянулась, но жаль бывшего жениха, ей не было. И она даже знала, что расстроен он не её ответами, не её уходом, он жалеет себя, и думает, что делать с собственными проблемами. Наверное, он и подсел к ней за стол в надежде, что Алёна поспешит ему на помощь, в надежде вернуть прошлые отношения. Поэтому выспрашивал про Барчука, не хотел верить, и даже про дату не состоявшейся свадьбы вспомнил. Неужели на самом деле думал, что она кинется воевать за него с младшей сестрой? Но, наверное, если бы так случилось, он бы ей всеми силами подсобил, лишь бы избавиться от Зои, которая вдруг стала главной проблемой в его жизни. А если ещё и беременность…
Нет, Вадима не было жалко. Нисколько. Алёна вышла из ресторана и вздохнула с облегчением. Искренне порадовалась тому, что в её жизни этих проблем больше нет. И она свободна, свободна, как ветер.
– Беременна? – Миша вытаращил на неё глаза, когда Алёна сообщила ему эту новость вечером за ужином. В первый момент Барчук заметно нахмурился из-за того, что она встретилась и даже разговаривала с бывшим женихом, но после такой новости мгновенно успокоился и даже развеселился. – Вот это круто она его сделала. Сколько они вместе?
– Пару месяцев, – ответила Алёна, мысленно прикинув.
Михаил ухмыльнулся, деловито покивал.
– Девочка времени не теряет даром. Решила сделать ход конём.
– Вот только этот конь, Миша, живой ребёнок. – Алёна расстроено вздохнула. – И я всё это уже проходила, я всё это видела. Она поступает точно, как мать. Рожает детей, чтобы мужика удержать.
– По-моему, она не удержать его хочет, а привязать. Если не к себе, то к ребёнку. Алименты с Прохорова можно взять хорошие.
Алёна забыла про еду, сидела, подперев подбородок рукой, и думала.
– Она ведь ещё совсем молодая. Зачем она так поступает?
– Потому что так проще всего, – удивился Михаил.
– А я всегда боялась, – проговорила Алёна негромко.
Барчук услышал и переспросил:
– Чего?
– Вмешать в свою непонятную жизнь ребёнка.
Михаил задержал на ней серьёзный взгляд, после чего вдруг сказал:
– Давай-ка собирайся завтра, и поедем с тобой в путешествие.
– В какое? – не сразу поняла Алёна. – Ты едешь в командировку?
– Это ты едешь в командировку. Поедем на твою малую родину, как и собирались. Тётку твою навестим, новости расскажем. А ты, будем надеяться, успокоишься.
Алёна поворошила вилкой салат в своей тарелке.
– А если я не хочу? Не хочу ехать?
– Хочешь, – ответил и решил за неё Барчук. – Ты просто этого не знаешь. Собирайся.
Спорить было бессмысленно. Алёна до конца не понимала, для чего Мише эта поездка, что он хочет увидеть в городе её детства, или что узнать. Она-то знала, что ничего хорошего для себя там не найдёт, в очередной раз. Но спорить не стала, наверное, по одной единственной причине – захотелось встретиться с тётей Машей. Уверяла себя, что ничего и никого другого в прошлой жизни у неё не осталось.
Поехали на машине. Это тоже было символично, раньше она приезжала в своё прошлое и бежала оттуда на поезде. А в этот раз ехала на машине, смотрела в окно, и вспоминала о том, что несколько месяцев назад клялась себе, что больше туда ни ногой. Говорила, что ей нечего там делать, было страшно и некомфортно на душе. Хотелось плакать и клясть себя за собственные слабости. А если она снова столкнётся с Сашкой? Будет весьма неловко и неприятно.
