Да, ночевать домой лучше сегодня не приходить. Но куда же отправиться? Может, к Сафронову на сеновал? Нет, не лучший вариант, если вспомнить сегодняшний поцелуй в сарае. Придется уговорить товарищей остаться до утра на школьном дворе. Или же попроситься к кому-нибудь на чердак. Другого выхода нет. А пока лучше выбраться через окошко на улицу и подождать там гостей.
— Ох! — тяжко вздохнула девушка.
Ловко перемахнув через подоконник и оказавшись в палисаднике, она без проблем перелезла низкий заборчик и, протерев рукой с лавочки пыль, осторожно уселась на краешек. Маша нервничала, что вообще-то было ей не свойственно. Просто для одного дня как-то многовато потрясений.
— Добрый вечер, Маша! Скучаешь? — раздался вдруг за ее спиной низкий бархатный баритон.
Маша не испугалась, но и не обернулась, ведь и так знала, что это Сафронов. Он неслышно подошел сзади и теперь стоит, облокотившись о забор, и улыбается. Его голос пронизан улыбкой и еще чем-то — неведомым, ласковым и волнующим.
— Добрый вечер! — не оборачиваясь, отозвалась Машка. — А вот и нет! — покачала она головой.
— Мечтаешь, значит?
— Нет!
— Наверняка кого-то ждешь! — не унимался мужчина.
— Вот еще!
— Тогда у тебя здесь точно назначено свидание, и я уверен, что знаю этого человека!
— А я уверена в обратном!
— А давай поспорим! — засмеялся Сафронов и, склонившись, протянул Машке руку.
— Давай! — согласилась она и, упорно не желая оборачиваться, вложила в его руку свою.
Он легонько пожал ее ладонь.
— Так кого, по-твоему, как мне кажется, ты ждешь? — уточнил он.
— Конечно, мужа моей сестрицы. Ты ведь наверняка наслышан об истории, из-за которой мне пришлось из Минска уехать.
— Конечно, твои родственницы мне в первый же вечер о ней подробно рассказали! Я, естественно, очень возмущен твоим вероломством, но сейчас я не об этом. Познакомиться с твоим родственником мне уже довелось, и пяти минут общения с ним хватило, чтобы понять, какой он мудак. Но в принципе, его можно понять. Только ждешь ты сейчас не его.
Машка засмеялась.
— А кого же?
— Меня, конечно!
— Чего? — смеясь, протянула девушка. — Тебя? А не слишком ли ты самоуверен?
— Нет. К тому же у меня были основания так думать. Напомнить, какие?
— Не надо! — поспешно отозвалась Машка, подозревая, о чем он станет говорить.
И только тут она обратила внимание на то, что Сафронов по-прежнему удерживает ее ладонь в своей, вовсе не думая отпускать. Более того, он как будто даже легонько поглаживает ее пальчики, а она не торопится отнять руку. И ей приятны эти прикосновения.
— Так на что мы спорили? — прочистив горло, снова заговорила она и, сжав ладошку в кулак, осторожно забрала ее у Вадима. — Что с меня причитается, раз я проиграла?
— Составишь мне компанию на этом празднике? Я один и не очень-то знаком со всеми, кто сегодня соберется за столом. Ты тоже одна… Сядешь рядом?
— А ты разве один? — притворно удивилась Маша. — Мне казалось, Дарья или, может быть, Вика непременно составит тебе компанию.
— Тебе это лишь казалось! — перебил ее Сафронов.
— Ладно, так и быть, раз я проиграла, сяду с тобой за столом, — согласилась она и наконец обернулась.
Он смотрел на нее, и улыбка играла на его лице. Встретившись с Сафроновым взглядом, Машка почувствовала, как учащается сердцебиение и легкий румянец смущения проступает на щеках. Он был так близко, что девушка ощущала аромат его парфюма…
И впервые, встретившись с ним взглядом, она не смогла отвести глаза. «Он соблазняет меня, или мне кажется?» — в смятении подумала девушка, не зная, радоваться ей этому открытию или насторожиться.
Никогда раньше ее так откровенно не соблазняли. Соблазняла она, играя, флиртуя, сводя с ума, при этом преследуя какие-то свои цели. У Сафронова, невидимому, тоже была цель, вот только имела она чисто физиологический характер. Он хотел затащить ее в постель. Ведь с самого начала она дала ему понять: такие, как он, вряд ли могут на что-то рассчитывать. На таких она никогда даже не смотрела. Маша Лигорская предельно ясно растолковала ему свою позицию, безусловно, задев его самолюбие. Теперь, похоже, Вадим решил идти ва-банк. Сафронов был самоуверен, она это уже поняла. К тому же точно знал, как заполучить понравившуюся девушку. Его улыбка, смех, голос, ямочки на щеках и прищур серых глаз вряд ли могли оставить кого-то равнодушным. Машка это признавала, успев ощутить на себе силу его обаяния, но неужто он в самом деле надеется на что-то большее? Его повышенное внимание к ее персоне отнюдь не тешило самолюбие девушки. Машка прекрасно понимала, что в сравнении с девками из деревни и ее невзрачными родственницами она кажется ему райской птичкой. И то, что мужчина переключил внимание на нее, вполне объяснимо, но Машка себе цену знала и на таких, как он, никогда не тратила сил.
