— Мам, ну а ваши местные хлопцы, куда они смотрели? Или их вообще как потенциальных кавалеров вы не рассматривали? — спросила Машка, совершенно случайно перехватив пристальный, тяжелый и злой взгляд Олежки с другого конца стола, и почувствовала себя при этом как-то неуютно.
«Чего он пялится? — пронеслось в голове. — Неужели в самом деле явился сюда, на что-то надеясь? Интересно, он видит, как смотрит на меня Сафронов? Господи! Что же это такое, а?»
Украдкой девушка обвела взглядом присутствующих за столом и остановилась на Андрее, который, конечно же, тоже был на празднике и теперь, явно выпив лишнего, дремал себе тихонько, подперев щеку рукой. Машка впилась в парня глазами, не зная, как привлечь его внимание. А ведь договорились же не задерживаться за столом и убежать при первой возможности! Но Андрей ее взгляда не почувствовал, и девушка всерьез обеспокоилась. Она прекрасно понимала: если только встанет из-за стола и отойдет, Сафронов или Олежка, а то и оба сразу, последуют за ней, а этого допустить нельзя. Но, что же делать?
— В Васильково хлопцы, конечно, были. И хорошие хлопцы, я это сейчас понимаю, — продолжила Вера Михайловна. — Мы с ними дружили. Помню, первый, с кем я поцеловалась, был наш сосед Вася Хоменок, но они ведь были свои, гулять с ними не интересно было. Мы знали их с детства, они были товарищами наших игр и нашими одноклассниками, какие же из них могли быть кавалеры? Хотя, конечно, все праздники мы встречали вместе, собираясь у кого-нибудь дома. Нас связывало Васильково и то единство, которое царит между людьми из маленькой деревеньки, как будто родственные узы. Правда, понимание этого пришло не сразу, а жаль!
А вот по-настоящему влюбилась я уже тогда, когда заканчивала торговый техникум и была на практике в магазине. К нам все время продукты один молодой шофер возил, вот мы с ним познакомились и стали встречаться. В кино ходили, по городу гуляли. А однажды поехали кататься на его машине и нас остановили на посту ГАИ. Оказалось, у него было не все в порядке с бумагами, и нас попросили проехать в отделение. Я тогда здорово перепугалась и сбежала. Мне совершенно не хотелось неприятностей в техникуме. А он обиделся и больше не приезжал. Уже время прошло, я и учебу окончила, и работать стала, и с Лигорским встречалась. И вот как-то раз приехала к бабе Антоле на выходные. На дворе конец октября. Как сейчас помню: сырость, слякоть, а тут прибегает сын бабы Мани. И говорит: тебя мол, Верка, какой-то мужчина спрашивает. Я вышла, а там он! Говорит, проездом в наших краях, вспомнил, что я из этих мест, и решил заехать. Мы тогда постояли немного, поговорили. Оказалось, он был уже женат. Он меня еще конфетами угостил, моими любимыми, «Белочкой». Он их всегда на свидания мне приносил. А я ему целый кулек белых семечек насыпала. Вот так мы с ним и расстались и больше не встречались. К тому же я скоро замуж вышла и мы переехали в Минск, — женщина замолчала и пригубила вино.
— Мам, а ты спала с ним? — спросила Маша.
— Нет, моя дорогая, я с ним не спала! Я спала только с твоим отцом и то лишь после того, как вышла за него замуж!
— Да это же вообще прошлый век! Как так можно… Нет, все равно, что за годы, что за нравы? Платье короткое надеть нельзя! Без мужа родишь — позор! Не родишь вообще — еще хуже! Развод недопустим. И все решает комсомол. А как представлю, что без компа и интернета люди жили, волосы на голове шевелятся от ужаса!
