Согласно разделению обязанностей между бизнес-партнёрами, на него возлагалось решение вопросов в коридорах власти по отводу земельных участков, разработке и утверждению проектно-сметной документации. С учётом того что в России даже у мелкого столоначальника каждую бумажку заведено вырывать с боем, задача Катаеву досталась не из лёгких. Он понял, что придётся отказаться от прежних местечковых замыслов сэкономить на бакшишах, ибо неподмазанное колесо скрипит.
Войдя в игру по-крупному, Сергей Альбертович немедленно разрешил вопрос, тянувший душу с сентября прошлого года. В пятницу Рог занёс главному архитектору шесть тысяч американских «рублей», и архитектор из оппонента сделался союзником. За полгода, пока с чиновником вёлся тягомотный торг, ставка возросла на целую тысячу баксов. Ничего не попишешь, инфляция.
От переговоров с мэром партнёры ждали принципиального одобрения их предложения. Доводы о социальной привлекательности проекта и его экологической безопасности были прописаны отдельной аналитической справкой. Катаев понимал, что цена вопроса на уровне первого лица города будет другой, пятизначной. Тяжеловесы москвичи брали расходы на себя, от Сергея Альбертовича требовалось найти нужный подход к главе муниципалитета.
На пост руководителя перспективного направления он прочил Рипке, финансиста новой формации. Под него предстояло собрать немногочисленную, но работоспособную команду креативно мыслящих профессионалов — юристов, экономистов…
Своим идиотским поступком ботаник порушил долгосрочные планы! Вот уж действительно в тихом омуте водятся черти.
Но равноценной замены Раймонду не предвиделось, поэтому Катаев максимум усилий прилагал, чтобы вытащить его из застенка. Первый ход получился комом. Начальник милиции послал подальше. «Ты чего, Альбертыч, в натуре думаешь, в кадры меня зачислил как Ваньку Пшеничного?» — рыкнул Сомов в ответ на просьбу посодействовать. После этого полковник выдвинул ящик стола, выкинул оттуда одну за другой пять пачек в банковской упаковке и сказал: «В расчёте». Одалживая в прошлом году Сомову деньги на квартиру, Сергей Альбертович не рассчитывал на скорое их возвращение. Более того, рассматривал возможность списания долга взамен на доброе к себе отношение. У кого, на каких условиях Сомов умудрился перезанять столь крупную сумму — оставалось только гадать. Выходка начмила покоробила, но зацикливаться на ней Катаев не стал, рассудив, что жизнь продолжается.
Зато порадовал своей работой адвокат Сизов. Его телефонные доклады были немногословны и чётки, прогнозы реальны, а результат говорил за себя сам.
В половине десятого адвокат сообщил по мобильному, что Раймонд Юльевич только что освобождён под подписку о невыезде. Катаев сказал: «Зер гут» и попросил Сизова незамедлительно привезти Рипке в офис.
Через пятнадцать минут адвокат с клиентом на такси подкатили к воротам «Наяды». Охрана не узнала в тощеньком пареньке в мятой, пахнущей затхлостью одежде, пытавшемся что-то объяснить сквозь металлические скобки во рту, одного из заместителей гендиректора. За периметр прибывших пропустили только после распоряжения сверху.
Рипке предложено было ожидать в приёмной, пока босс выслушает доклад адвоката.
Сизов сразу извинился за свою спортивную экипировку.
— Не планировал визитов в выходной день. Рассчитывал, как в милиции управлюсь, сразу на тренировку рвану.
Сергей Альбертович, одетый в преддверии деловых переговоров в строгий тёмно-синий костюм, белую сорочку и галстук спокойной расцветки, сдержанно кивнул в ответ.
Из рассказа адвоката он узнал, что Рипке дал подробные показания, предоставив следствию сведения о своём знакомом, известном ему по имени Денис, который и совершил убийство Рубайло. Денис проживает в городе Шуя Ивановской области. Более точными данными о нём Рипке не располагал. В совокупности с известным следствию госномером автомобиля, на котором приезжал Денис, номером его сотового телефона и приметами, его задержание — вопрос времени. По мнению Сизова, Раймонд выложил следователю абсолютно всё, что знал.
— Признательные показания даны до моего вступления в дело, с другим защитником, которого подвёл к нему РУБОП, — счёл необходимым оговориться Сизов.
— На этом основании их нельзя… дезавуировать? — красивое умное слово вызвало у Катаева секундную запинку.
— Нет, по форме всё соответствует закону — письменное требование следователя, ордер, согласие подозреваемого на то, чтобы его интересы представлял явившийся адвокат.
— Показания Раймонда во благо ему или во вред? — Очередной вопрос хозяина кабинета вызвал у собеседника видимые затруднения.
Он потёр ладонью и без того полированную лысину, демонстрируя массивный перстень-печатку. Появление Елены Станиславовны с двумя чашками кофе на подносике оказалось ему кстати. После того как секретарь-референт покинула кабинет, Катаев услышал ответ, являвший собой образец дипломатичности.
— Э-э-э, Сергей Альбертович, мне неизвестно ваше отношение к происшедшему, а без этого выработать стратегию…
