Первым делом к «Большому Ефиму», естественно, обращались «смежники» из Минобщемаша, Минобороны. Так, по заказу главы Министерства общего машиностроения Сергея Афанасьева МСМ под руководством Славского была проделана масштабная работа, укрепившая оборонную мощь страны. К примеру, в разы увеличена стойкость пусковых установок МБР к поражающим факторам ядерного оружия, способность систем управления ракетами функционировать даже после воздействия жесткого излучения близкого ядерного взрыва. Методы и установки, разработанные тогда, до сих пор секретны и стоят на «боевом дежурстве» вместе с совсем уже другими ракетами.
В рамках этого же задания в институтах Минсредмаша были найдены важные решения в области космической рентгеновской локации, повышена безопасность хранения и использования взрывных устройств, применяемых в современных – в том числе «гражданских» – космических ракетах.
Видя успех и блеск, с которым МСМ решал некоторые «параллельные», в частности ракетные проблемы (в том числе организационно «в верхах»), к Славскому тянулись «ходоки-просители».
Начальник Пятого Главного управления МСМ СССР, доктор технических наук Георгий Цырков свидетельствует:
Доходило и до казусов. В одном из последних киноинтервью, которые взял у Е.П. Славского кинодокументалист Валерий Новиков, есть замечательное откровение рассказчика: «Мне всю жизнь везло на людей. Если я только перечислю фамилии… Это выдающиеся личности мирового масштаба, понятно? Но я хочу сказать, что со многими меня связывали не только служебные отношения, но и очень глубокие личные, проще говоря, по-житейски, дружба. Королёв, скажем. Он мне однажды даже заявил: «Давай, я буду добиваться, чтобы весь космос передали в твое министерство». Я говорю: «Ну тебя к шутам, мне своих атомных забот по горло хватает!»
Ефим Павлович хорошо знал, какие «раздраи» шли в ракетной отрасли, и ему вовсе не улыбалось заботиться еще и о примирении Королёва с Глушко и Янгелем – ситуации прямого конфликта, немыслимой в Средмаше.
Ядерной, как и ракетной, области требовались многие вещи, которые в стране никто не производил, а часто и не мог произвести в нужном качестве и в нужные сроки. А на импорт, прямой или «параллельный», тогда не очень-то рассчитывали – только как на крайний случай. Вот и приходилось ядерщикам, давая через Совет Министров заказы другим министерствам, одновременно и самим «не плошать», осваивая все новые научные и технологические области внутри Минсредмаша.
Об этом писал в своих воспоминаниях главный конструктор ВНИИ автоматики имени Н.Л. Духова, доктор технических наук Аркадий Бриш: «В первые годы МСМ не могло вести у себя все разработки и изготовление всех неядерных компонентов ядерного оружия. Одним из таких вопросов была разработка и изготовление специальных электровакуумных приборов и высоковольтных элементов. Несколько институтов МЭП (тогда МПСС) были привлечены к выпуску первых образцов высоковольтных элементов и электровакуумных приборов, разработанных в МСМ. Шло время, увеличивалось количество типов приборов, росла потребность в их производстве. Встал вопрос о передаче разработок и производства в МСМ. Ефим Павлович проявил в этом вопросе полное понимание и добился своевременной передачи разработок и организации производства их в МСМ».
Аркадий Адамович при этом добавляет: «Страшно представить, что было бы, если эти производства остались бы в Министерстве электронной промышленности…» [39. С. 175].
Яков Рябов отмечает в своих воспоминаниях, что приборостроение для атомной отрасли развивалось в Обнинске, Дубне, Пятигорске. Но Славский был недоволен объемом и номенклатурой производимого, «досадовал, когда что-то приходилось закупать в других странах». Поэтому он сразу согласился силами строительных подразделений МСМ начать возводить под Калугой огромное предприятие, которое будет производить новые материалы для Министерства электронной промышленности. При этом в НИИ Минсредмаша активно изучали и разрабатывали эти новинки. Глава атомного министерства прекрасно понимал, что МЭП само с этим не справится.
В связи с модернизацией промышленных реакторов, химических и других производств, задействованных в производстве компонентов атомного оружия, высвобождались дополнительные мощности, персонал которых Славский старался рачительно использовать для разных задач – в кооперации с другими ведомствами, а то и самостоятельно.
