Люди Гайтнера проработали всю ночь, прослеживая связи Bear Stearns с другими партнерами. Не спал и Полсон, потратив несколько часов на изучение его финансовых отчетов. К утру он ясно различил главную проблему: Bear Stearns оперировал в основном заемными деньгами. И тут не было ничего противозаконного: три года назад, в разгар бума в жилищном строительстве, Комиссия по ценным бумагам и биржам США ослабила требования к допустимому объему заемного капитала. Этим немедленно воспользовались абсолютно все инвестиционные банки Уолл–стрит, увеличив кредитное плечо128. Вложение заемных дешевых денег в приобретение ипотечных акций приносило колоссальную прибыль. Но одно дело, оперировать заемными деньгами в годы бума и совсем другое – оказаться с громадными долгами во время кризиса. А соотношение заемного и основного капитала у Bear Stearns было 34:1. Вот почему, когда начался обвал цен на акции и, запаниковавшие инвесторы потребовали немедленного погашения долгов, в банке исчезла наличность.
– Козел, ну какой же он козел. Загубить такой банк! – не мог успокоиться Полсон, понося бывшего директора Bear Stearns Джимми Кэйна. Сам Полсон у себя в Goldman распорядился создать неприкосновенный фонд в шестьдесят миллиардов долларов на случай биржевой паники, от которой никто и никогда не застрахован. Уже став секретарем казначейства, он настоятельно советовал Шварцу, заменившему «козла Кэйна», найти новых крупных инвесторов и увеличить тем самым собственный капитал банка. Финансовые отчеты показывали, что это сделано не было.
Неутешительная новость пришла в четыре часа утра и от Гайтнера: у Bear Stearns были сотни, если не тысячи торговых партнеров. С ним были связаны не только американские, но и международные банки, брокерские и страховые компании, хедж–фонды, пенсионные фонды, и еще, бог знает, какие фонды, у которых, в свою очередь, были сотни торговых партнеров. Это означало, что падение Bear Stearns вызовет эффект домино с непредсказуемыми последствиями.
Картина коллапса финансовой системы предстала перед уставшими от бессонной ночи глазами Полсона. По всей видимости, именно об этом подумал и Гайтнер.
– Bear слишком велик. Если завалится, подомнет нас всех129. Будем принимать срочные меры, – лаконично подытожил он свой короткий отчет.
Для начала разбудили Бена Бернанке. В соответствии с законом США глава Федеральной резервной системы не имеет права даже рассматривать вопрос о предоставлении займа частному инвестиционному банку. Быстро поняв сложность ситуации, Бернанке нашел выход:
– Дадим краткосрочный заем JPMorgan130, а они переоформят эти деньги в долг Bear Stearns.
Но не все было просто с предложенным решением, хотя оно казалось единственным на тот момент. ФРБ давал в долг только тогда, когда был уверен в его выплате. Разбрасываться государственными деньгами по собственному усмотрению никому не позволялось. Поэтому, помолчав, Бернанке добавил:
– Конечно, казначейство должно стать гарантом этой сделки и возместить убытки, если Bear разорится.
Теперь все зависело от ответа Полсона, но он не имел понятия о полномочиях казначейства в таких случаях. Зато он хорошо знал другое: медлить нельзя.
– Бен, я готов сделать все, что в моих силах. Но сначала мне нужно заручиться поддержкой президента.
И такую поддержку он получил, связавшись с президентом США в то же раннее утро.
Следующим был Джейми Даймон. Теперь уже от него зависела судьба американской экономики.
– Тут ведь дело такое, – начал Полсон, – Bear Stearns должен открыться в пятницу утром и продолжать, как ни в чем не бывало свой бизнес, но мы уверены, что уже в понедельник с ним все будет кончено, несмотря на наш кредит. Пойми меня правильно, Джейми, у нас нет времени искать другого покупателя. Вся надежда только на тебя.
Участники разговора прекрасно знали, что Даймон не может принять решение о покупке Bear Stearns без согласия совета директоров своего банка, но все знали и то, что его голос будет самым влиятельным и директора, безусловно, прислушаются к его мнению. Поэтому Полсон вздохнул с облегчением, услышав:
– Окей. Мы передадим заем ФРС для Bear Stearns уже сегодня утром. Но мои люди должны посмотреть, что у них там делается. Покупка дома – это одно дело, но согласитесь, что покупка горящего дома – это дело уже совсем другое.
И все с этим согласились.
Теперь настала пора подумать о гарантиях казначейства, данных ФРС. Что мог сделать Полсон в обстановке крайней спешки, практически не имея власти над частными предпринимателями? Это был еще один трудный вопрос. Недолго поразмыслив, он решил обратиться к ним напрямую. Короткую, но убедительную речь, с которой он обратился к директорам ведущих банков страны по системе конференц–связи, Хэнк начал словами: «Обстоятельства таковы, что сегодня мы должны сделать все для того, чтобы Bear Stearns провел нормальный рабочий день. Вы понимаете, о чем я говорю. Никаких экстренных заявок для погашения долгов…»
Как не понять…Учитывая обстановку на фондовом рынке, все решили прислушаться к словам секретаря казначейства.
