Оба пограничника на мгновенье переглянулись. Обдиралов, пожав плечами, жестами показал, что всё вроде нормально, старик же, сплюнув в урну под столом, вновь развалился в кресле.
— Спроси её позывной, — предложила Майн.
— И то верно, — задумался он. — А какой у неё рабочий псевдоним?
— Понятия не имеем, — развёл руками Обдиралов, — мы за людьми не следим.
— Ну что, насмотрелся? Тогда перейдём к формальностям, — Хабаров, пододвинув негодяя, вновь расположился у коробки. — Кем работаешь?
— Ну, наёмник.
— Лицензию предоставь.
— Что-что? — переспросил мародёр.
— Ну это, такая пластиковая карточка, там твоё имя, фамилия и псевдоним. И ещё пара штрих-кодов, — пояснил Обдиралов.
— Выдаётся работодателями — барменами, при регистрации в общем списке наёмников.
— Никогда об этом списке не слышал, — признался Фриджек.
— А как по-твоему составляется топ наёмников? — рассмеялся юноша. — При каждой сдаче задания в базу забивают твою прибыль, пятибальный отзыв заказчика и состояние работы, завершена или нет. Итак, есть лицензия?
— А без неё никак нельзя обойтись? — в надежде спросил наёмник.
— Без лицензии, безусловно, будет дольше, база наёмников невероятно неудобна при поиске, придётся самому рыться в ней, — нахмурился старик, — и делать я этого не собираюсь. Мне в падлу.
— Конечно, ему будет куда интереснее копаться в ней, если ты дашь ему золотую монетку, — тотчас подмигнул Обдиралов.
— Ладно, ищите, я подожду и заплачу, — отмахнулся Фриджек, присев на ближайший стул. — А у всех остальных тоже есть эти, как его, ли-сэнзии?
— Какой у тебя псевдоним? — старик выглянул из-за белого короба.
— Демон. Так что, у всех есть ли-сэнзии?
— Да, у всех. Ты изначально регистрируешься у своего работодателя: торговец идёт к главе деревни или города, фармацевт и хлебороб — к управляющему местного склада, а наёмники и мародёры — к барменам, — юноша задумался. — Даже если вам не дают эти карточки, вы уже существуете в базе.
— Подождите, а разве мародёрство не карается смертью? — удивился Фриджек. — Разве не всё заброшенное, оставленное и потерянное является собственностью Столицы?
— Плевать, — рассмеялся Обдиралов, — эти выродки за стены не вылазят. Да и если они начнут военную компанию на Дуркубы — им мало не покажется.
— Чего это? У них же элитные войска? И почему не вылазят? Они нам вон какую материальную помощь в виде таблеток, пуль и прочего посылают.
— Кто, Столица что-ль? — поперхнулся Хабаров.
— Ни-хе-ра подобного. Это Дуркубы держит всё на плаву. Наш город — центр внешнего мира. От Столицы разве что дождёшься пулю в зад или же какое-нибудь задание на устранение лидера местного сопротивления, — попомни мои слова. Ни за что, ни за какие шиши, не соглашайся на их задания. Добром не кончится.
— А зачем вам это? В плане, зачем кормите немалочисленное население пустыни?
— А ты когда-нибудь задумывался, что мы — не единственная страна? — проворчал Хабаров.
— Дуркубы не спроста называются Верхними, — ухмыльнулся Обдиралов. — Наш город является самым северным, он стоит на краю крутейшего двух или же трёхкилометрового склона, обрыва, как тебе будет угодно. Туда, вниз, нет спуска. Пока нет. Но мы его роем. Однако там, снизу, уже есть дороги. Учёные при университете Дуркуб полагают, что вся наша страна находится на одном огромном плато. А как только будет дорога вниз — мы вступим в территориальный конфликт с иной страной, вероятно даже вооружённый. И тогда нам нужны будут солдаты, а пока наш город снабжает экспедиции, поддерживает новые поселения, всё ради увеличения кормовой базы, всё ради населения.
— Да как вам еды-то хватает? — удивился Фриджек.
— Подземные посевы, — прозвучал голос из-за короба.
— Да, — поддержал Обдиралов, — сейчас все деревни, довольно близкие к Дуркубам огромны, ты, вероятно, пока ехал сюда это заметил. Под песком есть земля. Рабочие бригады Дуркуб строят в более-менее населённой деревне с хорошим родниковым источником огромные подземные плантации, бурят многокилометровые скважины и колодцы: всё ради населения, а потом забираем львиную часть первых урожаев. Деревни налаживают производство круп и прочего, продают излишки, богатеют, расширяются, а потом наши бригады снова увеличивают плантацию.
— А как земля не истощается?
— Химические удобрения. Дуркубы — город шахтёров и сталеваров, а вот в Вильте производят просто огромнейшее количество химических удобрений, лекарств и витаминов, — пояснил Хабаров. Вот так и сосуществуем.
— Ты когда-нибудь видел паровоз? Великолепная машина, его свист ни с чем не спутать. Носится себе по кругу туда-обратно перевозя огромное количество грузов. Величайшее творение человечества. Кстати, что это за девушка в твоей машине?
— Раб, — просто ответил наёмник.
— А-а, имущество проверяют далее, — заметил юноша. — Там, с тыльной стороны стены будет ещё один шлагбаум.
— Готово, — заявил старик.
— Вот и славненько, — улыбнулся Обдиралов и, причмокнув, добавил: — Четыре золотых.
— Чё так много? — удивился Фриджек.