Горелов не понимал. Не понимал, как вообще можно серьезно говорить обо всех этих чувствах. Любовь-морковь. Вот про секс он понимал! И если секс классный, то тут можно только поздравить. Но, с другой стороны, он бы не простил и не принял назад, если бы Егор, например, его кинул ради какого-то залетного гея. Любовь ему подавай, бля.
Пока Виктор хмуро обдумывал глупые идеи Егора про любовь, тот распинался о том, как все у Лехи и Стаса раньше было классно и как они это умудрились просрать. Вернее Стас умудрился. Потом он стал рассказывать еще о чем-то, но Горелов слушал в пол-уха. Голова почему-то неуклонно стремилась к плечу Егора. А ведь лететь то всего ничего.
Так что когда три часа прошли, Виктор был какой-то сонный и дерганный, а вот Егор светился довольством и энтузиазмом.
Посадка Егору понравилась не меньше взлета, следить за приближающейся землей в иллюминатор было интересно и захватывающе. Потом опять была таможня и получение багажа. На выходе из аэропорта их уже ждал трансфер до отеля, умница Светочка обо всем позаботилась.
В отеле их разместили быстро. Горелов тут же позвонил партнерам по бизнесу, и они договорились о деловом обеде через два часа в центре города, гостиница была всего в паре кварталов оттуда.
— Сейчас в душ, — сказал Виктор, — а потом можно будет потихоньку собираться. Хочешь со мной? Они притащат своего переводчика, но вдруг тебе любопытно посмотреть, на что это похоже?
Егор согласился не раздумывая, ему очень хотелось посмотреть вживую на Альбина Эггер-Линца и Олафа Лундена и сравнить свои ощущения с теми, что у него сложились по скайпу.
Пока Горелов плескался, он разложил свои вещи в шкаф, оставив на кровати то, в чем планировал пойти — рубашку с коротким рукавом и светлые брюки. Потом пришла его очередь идти мыться.
Поселиться, кстати, решили в одной комнате, оставив вторую спальню пустой. Егор до сих пор не мог поверить в то, что и спать они будут в одной кровати.
Наконец оба были готовы, закрыв дверь и сдав ключ на ресепшине, они неторопливым шагом пошли в сторону нужного ресторана. Горелов был в Зальцбурге не в первый раз, поэтому неплохо ориентировался в городе.
— Днем я буду занят, — предупредил он, — но тут есть на что посмотреть: музеи, дворцы, центр города интересный, так что найдешь, чем себя развлечь, я думаю. Из старого города до крепости Хоэнзальцбург ходит фуникулер, прикольно. Зато вечера и ночи наши.
Егор смущенно улыбнулся.
— Если все пойдет по плану, и мы подпишем этот договор, как я рассчитываю, то можно будет на недельку или даже на две рвануть на отдых. Как ты на это смотришь?
— Вместе? — ахнул Егор.
— Нет, по отдельности, — огрызнулся Горелов. — Ты что, в облаках витаешь? Сосредоточься. Подумай, куда хочешь. Египет, Турция, Тунис, Греция, Испания, а хочешь в Тайланд или в Индию? Можем даже на Тибет или в Австралию, только на дожди бы не попасть. Короче выбирай, что душе угодно, как раз перед началом занятий должны будем успеть вернуться.
Егор закивал. Было так тепло и приятно от мысли, что Горелов включает его в свои планы. Вместе на отдых. Так классно.
Эггер-Линц и Лунден оказались именно такими, какими они виделись Егору с экрана гореловского ноутбука. Переводчик, нанятый ими, запаздывал, поэтому появление Егора пришлось кстати.
— Господин Горелов, — Эггер-Линц недоверчиво прищуривался, — не предупреждал нас, что приедет на переговоры не один.
— Да ладно тебе, — насмешливо улыбался Лунден, — какая разница. Это ни на что не влияет.
Егор послушно переводил, стараясь скрыть свое раздражение по отношению к неприятному австрийцу.
Горелов усмехнулся:
— Скажи им, что поскольку ты непосредственно присутствовал почти на всех этапах переговоров, то я счел твое присутствие на конечном этапе уместным.
Егор только диву давался, как легко Виктор переходил с простой речи на сухие деловые фразы, практически не меняя тона.
Они немного поговорили о погоде, о мировом климате и о том какой может быть зима, сделали заказ, когда, наконец, подошел долгожданный переводчик.
Егор смотрел на работу коллеги и отмечал все его недостатки, в том числе и русский язык с сильным акцентом. Он перевирал слова, использовал упрощения и синонимы. Кроме того, не говорил по-норвежски, и Эггер-Линц был вынужден сам переводить Лундену, что существенно затягивало разговор. Но, с другой стороны, за этим обедом ничего принципиально важного не обсуждалось, так что, наверное, ничего страшного в присутствии слабого переводчика не было.
— У вас всегда такой перевод? — чуть надменно спросил Егор, когда они шли обратно в отель.
— Да нет, — Горелов неопределенно пожал плечами, — обычно девочка переводит, Рейна. Не знаю, почему сегодня этот шкет. С ним тяжело будет.
Егор с довольным видом кивнул.
— Может, по городу погуляем? — предложил он.
— Можно, если не долго, — согласился Горелов, — сам слышал завтра в восемь утра уже надо быть в офисе у Эггер-Линца. Ох, чувствую, высосут они мне на пару всю кровушку, пока мы хоть что-то подпишем.
Егор улыбнулся и дотронулся до руки Горя.
