— Тебе спасибо, — улыбнулась Света. — Если бы не ты, я бы так на Мокрухина и горбатилась, без выходных, отпусков и личной жизни. Ты мне другой мир открыл.
Егор тоже улыбнулся, чуть самодовольно.
— Ладно, — Света повесила на плечо сумочку и накинула на шею тонкий шарфик, — меня, наверное, уже Лео ждет. Пока!
— До завтра, — махнул ей вслед Егор.
Зазвонил телефон.
— Да, Виктор Георгиевич, — бодро ответил он, глядя на высветившийся номер.
— Егор, принеси мне кофе со сливками, пожалуйста, — тон у Горя был на редкость похабный.
— Простите, Виктор Георгиевич, — губы против воли расползались в счастливую улыбку, — но сливки кончились, совсем.
— У меня немного есть, — хохотнул Горелов, — зайди и возьми.
День отъезда выдался жарким, как и все лето, последние дни июля были просто невыносимы. Егору было физически трудно вытащить себя из квартиры с кондиционером, чтобы потом по жаре тащиться в офис с кондиционером. Он с ужасом думал о тех, у кого этих кондиционеров нет. В его понятии такие люди заслуживали как минимум медали великомучеников. При этом он почему-то не вспоминал, что прошлым летом и сам принадлежал к этим великомученикам, спасаясь открытыми окнами, вентилятором и частым принятием душа. И как-то выжил. К хорошему привыкаешь быстро.
В аэропорт они приехали заранее. У каждого с собой был небольшой чемодан. Егору как ребенку было интересно катить свой, новенький, с блестящими углами, и озираться по сторонам на разномастные группы прилетающих и улетающих.
— А мы не опоздали? — в сотый раз спросил он у Горя.
Тот только неопределенно хмыкнул и попытался отвесить Егору подзатыльник, от которого пришлось уворачиваться.
— Вылет через три часа, еще даже регистрация не началась, прекрати панику, пошли в кафе посидим, — настроение у Горелова было хорошее. Впереди их ждала целая неделя вдали от родины, один номер на двоих и прогулки по вечернему Зальцбургу.
Для Егора все было в новинку, все в первый раз. Раньше он никогда не летал, передвигаясь по стране поездом. Его единственный визит за границу был автобусным туром из Питера. И вот теперь он с интересом наблюдал и принимал участие в разных процедурах: регистрация на рейс (они с Горем летели бизнес-классом), прохождение досмотра, таможни, ожидание самолета. Горелов затащил его в дьюти-фри, хотел прикупить пару бутылок водки, но Егор тихим шепотом напомнил ему о последствиях, связанных с нарушением сухого закона, и Горе ограничился шоколадкой, обиженно поглядывая в сторону любовника.
Потом была посадка, вип-кар до самолета, трап и большие удобные кресла в начале кабины. Егору по просьбе Горелова при регистрации дали место у окна, он с любопытством наблюдал за взлетом. Было очень интересно.
Когда они набрали высоту и зажегся свет, Горелов достал из кейса какую-то распечатку с цифрами и углубился в чтение, а Егору стало нечего делать. Он полистал журнал, еще посмотрел в окно, но теперь все было слишком далеко внизу и непонятно. Повертелся, поглядел по сторонам и принялся теребить любовника.
— Что, вот так и будем лететь три часа молча?
— Скоро чай принесут, — отмахнулся Горелов.
— А потом?
— Поиграй во что-нибудь на телефоне, не мешай мне.
Егор надулся. Сидеть долго на одном месте было очень скучно, и даже чай с печеньем его не порадовал.
Горелов пил кофе и снисходительно поглядывал на поникшего любовника. Какой же он еще ребенок.
— Ладно, черт с тобой, давай поговорим.
Егор воспрянул духом и засиял улыбкой.
— А о чем?
— Не знаю я, — фыркнул Виктор. — Как там у Лехи твоего дела? Избавился он, наконец, от своего американского хахаля?
— Ага, как же, — довольно улыбнулся Егор. — От Стасика избавишься. Такой до печенок достанет.
Хотя по лицу было видно, что парень рад, что доставучий американец не исчез с горизонта Лехи.
— Я так и не понял их отношений, — пожал плечами Горелов, аккуратно укладывая распечатки, которые читал, в папку.
— Ну… Это любовь! — с придыханием выдал Егор.
Виктор покосился на него, но промолчал. Далась парню эта любовь.
— Так что у них там? — осторожно спросил Горелов, обдумывая как бы увести разговор на другую тему.
Даже пожалел, что спросил. Теперь Егор вновь будет распрягать о чувствах и идеальном принце. Напоминание о каких-то левых мужиках, что могут связать свою жизнь с парнем, бесило Горелова.
— Ну что… — Егор пожал плечами. — Пока непонятно. Стас вроде бы навсегда вернулся. Понял, что родной город ему милее дурацкой заграницы. Да и Леха тут… У них реально любовь была до его отъезда. Правда и Лешка простить не может, что тот, придурок, его бросил ради карьеры. Вот сейчас и мучаются. И хочется и колется. Но я думаю, сойдутся все-таки. Мне позавчера Леха звонил, хвастался, что у них там что-то пошло в правильном направлении. Да и секс как всегда классный. Но он не особо в деталях рассказывал. Сам понимаешь.
