– Ренальд и я… – сказала и осеклась.
Рен меня поцеловал? Неправда. Я принимала в этом активное участие. Но как сказать, что я предала Лаэрта? Разве можно в таком признаться?
Мужчина поджал губы и невесело усмехнулся.
– Значит, это правда. Уверен, вы не зашли так далеко, как говорят гвардейцы, но…
– Был один поцелуй, – сказала честно, но взгляд не отвела.
Да, сейчас я в замешательстве, сейчас в моей голове эйфория с примесью вины, но ведь я не жалею о том, что сделала. И Рен своими вопросами помог это понять.
– Купилась-таки, – Лаэрт поджал губы и снова отвернулся к окну. – Ребята говорили, что купишься. Говорили, что быстро отречешься от нас. Лоск столичной жизни, дорогие наряды, украшения, изумрудные рояли и изысканные блюда…
– Лаэрт, все совершенно не так, как ты думаешь!
– Эйви! – мужчина повернулся и произнес жестко: – Ты ведь понимаешь, что не станешь королевой? Ну, какая из тебя правительница?
Усмешка Лаэрта отозвалась во мне жгучей обидой. Да, я далеко не самая умная девушка, не самая опытная и, возможно, не самая достойная на место королевы, но разве любящий мужчина не должен верить, что его половинка – самая-самая? Ведь если это не так, зачем вообще быть вместе?
– Рано или поздно ты вернешься домой. Останешься у разбитого корыта. Этого всего не будет, Эйвери. Останусь только я, которого ты предала за блеск и роскошь дворца, за возможность согреть постель богатенькому эйсфери!
– Я тебя сейчас ударю, Лаэрт! Не нарывайся на грубость! – я сжала кулаки, не желая терпеть незаслуженные оскорбления. – Понимаю, тебе сейчас больно и обидно, но я решила честно тебе обо всем рассказать, потому что…
– Потому что «что»? – с надеждой переспросил он.
– Потому что ты достоин услышать правду от меня.
– Какая разница от кого, если правда такова?
Мы замолчали, не зная, что еще сказать друг другу. Да и можно ли найти правильные слова в нашей ситуации?
– И что теперь с нами будет? – он поднял брови, глядя на меня с надеждой, но я лишь пожала плечами.
– Думаю, будет честнее, если на время отбора мы расстанемся. Как я могу давать тебе обещания, когда связана древним договором? Если Рен выберет меня – я буду обязана выйти за него замуж, стать королевой. А, если откажусь, меня возьмут в жены Сенаторы или их дети…
О договоре с королем я почему-то рассказать не отважилась.
– Тройной отбор, – понимающе хмыкнул Лаэрт. – Но ты же Эйвери Ромер. Ни за что не поверю, что не найдешь, как выкрутиться. Вопрос лишь в том – хочешь ли ты выкрутиться. Хочешь ли ты, чтобы у нас все получилось?
Я промолчала. Если бы он спросил об этом вчера – ответила бы безоговорочно «да», а сейчас я ни в чем не уверена…
– Хорошо. Давай так. Я согласен подождать, Эйви. Все же, я люблю тебя. Не на словах люблю, а на деле. Хоть ты и злишься, но в твою победу я не верю. А в то, что сможешь вернуться домой – очень даже. Мы начнем все сначала и, обещаю, я не стану припоминать тебе ни твою интрижку с королем, ни твое поведение…
– Мое поведение?
– А ты сама не видишь? Ты стала заносчивой, горделивой, спесивой…
– Лаэрт! Ты переходишь черту!
– Еще скажи, чтобы обращался к тебе по титулу!
– Лаэрт! – я повысила голос, и это отрезвило мужчину.
Он запустил пальцы в волосы и изо всех сил массировал кожу головы, расхаживая из стороны в сторону. Он всегда так делает, когда сильно волнуется. Мое сердце жалобно сжалось, стало стыдно за свое поведение, за сомнение, за решение, которое я приняла. Но разве обманывать саму себя не хуже?
– Прости. Понимаешь, я не ожидал… всего этого! Ты просила верить тебе и я, как дурак, верил! Приехал сюда, думая, что нужен тебе, что ты будешь рада. А оно вышло вот как.
– Поверь. Я этого не планировала.
– Мне от этого не легче…
Не знаю, к чему бы мы пришли, не появись Аида. Мы не услышали, как она стучала, зато стук ее каблучков эхом разлетелся по репетиционному залу. Великолепная акустика даже этот звук сделала мелодичным.
– Не помешала? Я стучала, но вы не слышали. Наверное, увлеклись! Иф Вивальди, я восхищена вашим исполнением и сама не прочь взять несколько уроков. Он хорошо преподает?
– Великолепно, – произнесла негромко, глядя на Лаэрта с отчаянием.
– Конечно, ифа Аида. Я с удовольствием обучу вас основам игры на скрипке.
Девушка зарумянилась и, взяв меня под ручку, повела из зала. Странное ощущение, видеть и понимать, что твой жених… наверное, теперь уже бывший, нравится кому-то еще. Впрочем, Лаэрт удивительно хорош собой. Природа наградила его светло-пшеничными волосами и ясными голубыми глазами. В купе с мягким характером и, в целом, добрым нравом, он, можно сказать, мужчина мечты!
Вот только, кажется, чьей-то другой мечты…
– Мы можем опоздать на ужин. Следует поторопиться. День почти закончился, а у нас по расписанию еще куча дел!
Аида спешно вела меня по коридорчикам, рассказывая о примерке платья, необходимости утвердить внешний вид музыкантов, а еще мне нужно поработать с проектом, потому что, например, Ермина уже завтра представляет свою работу на суд бывшего короля Керфорда и королевы Айсефлоры.
