Она грохнула стопку на ближайший стол, провела их через шкафы и стеллажи и впустила в одну из нескольких одинаковых дверей. Они оказались в небольшой каморке с круглым окошком, которое выходило на серую стену соседней конторы. Пахло плесенью. На столе лежали странные приборы и устройства, на стенах висели шкафчики с плавающими в банках заготовками жетонов, а на одной – большая, потускневшая от времени карта, усеянная, словно случайными брызгами краски, разнообразными пятнами шести цветов.
– Явусу можно довериться. Он сделает токен без лишнего шума и состряпает документы на попечительство, – растолковывала Вивис, пока они ожидали клерка. – Но на жетоне должна быть указана вся важная информация, и надо бы удостовериться, что с этим мы не сядем в лужу. Имя твое мы знаем, да? Лу… Все не было повода спросить – это полное имя? Или, может, уменьшительное?
Девчонка никогда прежде не задумывалась об этом, но слова женщины всколыхнули в ней какие-то отголоски воспоминаний. Увы, попытка ухватиться за них провалилась, и Лу лишь покачала головой.
– Что ж. Оставим, как есть. Фамилия у тебя будет Миэрис, что в переводе со старошаотского означает «медведь». – На этом моменте Лу тихонько хмыкнула, почему-то ничуть не удивленная. – Хм. Что дальше? Дата рождения. Не уверена, что календари в наших мирах совпадают… В письме Хартис написал, что тебе около пятнадцати с половиной, но нам-то нужна конкретика. Сможешь высчитать свой точный возраст – сколько тебе месяцев, сколько дней?
Лу вновь покачала головой. Сновавшая по кабинету, как запертый в слишком тесной клетке зверь, Вивис развернулась на каблуках и вопросительно вскинула брови:
– Ты не умеешь считать?
– Я не знаю, когда родилась. Вроде, зимой.
– Ну а в какой день ты отмечала свой день рождения?
– Ни в какой, – пожала плечами Лу. Ей бы воображения не хватило представить рабыню, пусть даже какую-нибудь холеную рабыню из питомника, отмечающей свой день рождения.
– Беглый бандит тоже?
Она кивнула. Возможно, Хартис не делал этого из солидарности, чтобы девчонка не чувствовала себя уязвленной. Хотя, скорее всего, в Кауре хозяину просто было до фени на всякие дни рождения – там для него котировались только большие городские праздники, на которых он, как торговец, мог нажиться.
Вивис неодобрительно пофыркала.
– Что ж, будем отталкиваться от того, что имеем. Сейчас начало осени… Если считать, что тебе ровно пятнадцать лет и шесть месяцев, то твой день рождения должен приходиться на последний месяц зимы. Хотя погоди… Вот, что я придумала. Давай укажем, что ты родилась в первый день весны, а? У нас это начало года, когда все отмечают большой праздник – день Сотворения. Так мы заставим Бха-Ти напечь нам в два раза больше вкусных пирогов. Здорово звучит?
Лу согласно кивнула, не видя причин спорить.
– Ну а самое сложное – указать, где ты родилась. Внешне ты у нас сойдешь разве что за аркану, да? Значит, Арк. – Шаотка, подойдя к карте на стене, стала водить пальцем по ее желтым областям. – Так, посмотрим… Что тут у нас есть… Что, если мы возьмем какой-то небольшой городок, ничем не примечательный, чтобы снизить вероятность встретить кого-то оттуда родом и избежать всяких разговоров? – Она задумчиво потерла подбородок, блуждая взглядом по карте. – Хотя, может, лучше, наоборот, указать крупный город? В мелких все друг друга знают, да и их обычаи ты не переймешь вот так сходу…
– А можно указать место, которого нет на этой карте?
Вивис удивленно повернулась.
– И что бы ты хотела там указать?
– Что я… из Антеора.
– Это город, где вы с Хартисом жили?
Лу мотнула головой.
– Думаю, так называется место, где я родилась. Мне… раньше снилось, как мама поет мне песню. Там были слова: «дочь Антеора».
Вивис скрестила руки на груди, пристально уставившись на нее. Девчонка поежилась.
– Я плохо помню слова и мелодию, – смущенно попыталась объяснить она. – Но там было что-то такое: «Помни, Антеора дочь, хранить мечты поклялись мы».
Она уже пожалела, что заговорила об этом. Вивис продолжала молча буравить ее странным взглядом, поджав губы.
– Какие мечты?
– Не знаю. Наверное, о свободе…
– Вот как.
Вивис снова отвернулась к карте. Лу захотелось провалиться сквозь землю. Пускай шаотка относилась к нежданной гостье из другого мира довольно добродушно, стоило той упомянуть о былом невольничестве, лицо женщины обращалось в каменную маску. Кое-в-чем Хартис опять же был прав: не стоило лишний раз поднимать эту тему.
Но когда девчонка уже готова был утонуть в болоте самоуничижения, Вивис вдруг сделала неожиданное: подошла к ней и с остервенением потрепала по голове, словно пытаясь вытряхнуть оттуда все грустные мысли, а затем прижала к груди в ободряющих объятиях.
Спустя пару дней, когда Лу немного освоилась в чуждой обстановке и перестала вздрагивать всякий раз, стоило кому-то поблизости использовать эфир, а у Вивис выдался долгожданный выходной, та взяла девчонку с собой в верхний город, намереваясь показать ей главное достояние Магматики – штаб-квартиру Ордена расшифровщиков пророчеств.
