Ты замираешь в дверном проеме и стоишь совершенно неподвижно, словно озадаченная тем, что я не бросаюсь тебя обнимать. Я больше часа репетировал свои слова, но почему-то никак не могу их произнести. С тех самых пор, как впервые тебя поцеловал, я боялся, что этот день настанет, и вот теперь я оказался к нему не готов.
– Скажи уже что-нибудь, – наконец удается вымолвить мне.
Ты хмуришь брови.
– Что?
– Наверное, ты пришла сюда, чтобы мне что-то поведать. Давай, говори.
– Я не… о чем ты?
– На самом деле могла бы просто позвонить и сэкономить на оплате парковки.
Ты оглядываешь меня с ног до головы, как будто не узнаешь.
– Хеми, да что с тобой?
Подхожу к столу и беру утреннюю газету. Твоя фотография – рядом со снимком Тедди – смотрит на меня со страницы с заголовком: «Свадьба сезона назначена на июнь». Детали я уже запомнил: Церковь святых Павла и Андрея… отель «Уолдорф Астория»… платье от англо-американского кутюрье Чарльза Джеймса.
– Поздравляю, – говорю я, протягивая тебе газету. – Июньская невеста. И прием в «Уолдорф Астория». Рад за тебя.
Ты смотришь на газету, затем на меня.
– Хеми, ты что… Я не имею к этому никакого отношения.
Твои щеки розовеют, но это скорее от стыда из-за того, что ты вот так попалась.
– Хочешь сказать, в «Нью-Йорк таймс» опубликовали статью о твоей предстоящей свадьбе без твоего согласия?
– Да!
– День свадьбы и место они тоже сами назначили?
Ты безмолвно раскрываешь рот, подыскивая ответ, и с каждой минутой твое лицо все сильнее розовеет.
– Это не я, Хеми. Клянусь. – Ты долго смотришь на заголовок, потом наконец на меня. – Объявление наверняка заказала Сиси. Она изводит меня уже несколько недель. Видимо, решила, что может просто назвать им дату, и как только это напечатают, я уже не смогу отвертеться. Я убью ее.
Я скрещиваю руки, скептически наблюдая твое негодование.
– Какое дело твоей сестре, когда ты выйдешь замуж?
– Ты так и не понял? Речь совсем не обо мне, а о слиянии капиталов, которое мой отец пытается организовать. Но родители Тедди занервничали. Наверное, начали возмущаться по поводу того, что я медлю.
– А Тедди? Он тоже нервничает?
– Тедди?
Ты, кажется, сбита с толку этим вопросом, как будто забыла о его роли во всем этом деле.
– Твой жених, – холодно напоминаю я тебе.
Закрыв глаза, ты устало вздыхаешь.
– Мы почти не виделись с тех пор, как Тедди с отцом вернулись. Этот союз ему тоже навязали. Тедди никогда об этом не говорил, но, уверена, он стремится к женитьбе не больше моего. Это наши отцы одержимы желанием поскорее связать нас узами брака.
