Ты улыбаешься и киваешь, попивая джин-тоник, обсуждая трудовые споры и денежно-кредитную политику, словно приглашенный дипломат на ужине в твою честь. И совсем не смотришь в мою сторону. Даже когда я чуть не прожигаю глазами дыру в твоем пиджаке, мысленно приказывая тебе повернуться и взглянуть на меня. Понимаю, что это назло мне, расплата за нашу сегодняшнюю ссору на озере. Отворачиваюсь и оставляю вас с сестрой наедине.
Позже, когда позвали ужинать, я заметила, что Сиси поменяла карточки местами. Теперь ты сидишь за другим концом стола, как можно дальше от меня, и я вынуждена наблюдать, как ты ослепляешь миссис Виолу Уилер своей изящной улыбкой и чаруешь ее слух своим британским акцентом.
Мне противно смотреть, как эта старушка в платье цвета баклажана хихикает, точно школьница, над каким-то твоим шутливым замечанием. До меня долетает твой хрипловатый смех. Ты привычно откидываешь волосы со лба, таким знакомым мне жестом. И за все это время ты ни разу мне не улыбнулся. Как будто мы на самом деле такие же чужие друг другу люди, какими притворяемся. С нетерпением жду, когда уже этот ужин закончится, чтобы можно было наконец увести тебя от остальных и под каким-нибудь предлогом побыть вдвоем. Однако после того как был выпит кофе и доеден десерт, отец предлагает мужчинам оставить дам и перейти в его кабинет, чтобы выкурить по сигаре. Я более чем удивлена, что он лично включил тебя в приглашение, но, когда мужчины встают, Сиси переглядывается с отцом – видимо, она это одобряет, и, возможно, именно она предложила эту идею.
Дамы остаются за столом с изящными бокалами шерри, кудахчут о том, как трудно найти приличного повара, а также о своем разочаровании нынешним театральным сезоном. Рассеянно киваю, притворяясь, что слушаю, но думать могу только о том, как ты сидишь в одном из кожаных кресел в кабинете отца, куришь и разговариваешь с его пронырливыми друзьями. Наверное, это несправедливо и эгоистично с моей стороны, но я приглашала тебя не для того, чтобы ты курил сигары и общался с группой противных стариков.
Единым махом выпиваю вторую рюмку шерри и вдруг понимаю, что именно ради этих старикашек ты и пришел. Ради их богатства, связей и всего того, что они способны тебе дать. Что ж, неудивительно, ведь при первой нашей встрече ты представился искателем приключений. И теперь находишься под крышей моего отца, приглашен в его внутреннее святилище. Как ловко у тебя это вышло. Как быстро. И все благодаря мне.
