— Что?! Что, твою бизань, ты сказал?! Тебе в руки упало самое большое сокровище, самый огромный куш, о котором мечтает каждый, от самого мелкого рядового упыря до самых высоких генералов, — и ты задумал уничтожить этот подарок судьбы?! «Если вдруг ключ опасен», — отвратительно перекривляла Коринфа Елена. — Да пусть хоть половина Саратума вымрет в жутких мучениях! Да хоть весь сектор путь умоется кровью с ног до головы! Я нашла ключ! И чтоб меня, но я получу награду за него!
Повисла крайне напряжённая пауза. Коринф смотрел Елене прямо в её глаза, полные ненависти и решительности. Только сейчас боковым зрением он заметил, что у неё на бедре была пристёгнута кобура с пистолетом. Похоже, они оба начали понимать, что действовать надо быстро и что оппонент не собирается уступать в этом споре. На кону было слишком многое…
Коринф и Елена набросились друг на друга абсолютно синхронно. Молниеносным движением Елена опустила левую руку, выхватывая из кобуры пистолет. В этот же самый момент Коринф схватил обеими руками миску с остатками ужина и швырнул в лицо Елене, попутно пытаясь перевалиться влево от стола, чтобы максимально уйти с линии атаки Елены. Миска с гулким металлическим звоном ударила Елену в лоб — оружие уже было в её руке, и палец стремился к спусковому крючку! Прозвучал выстрел! Она не видела, куда стреляет: в глазах проступила неприятная резь от жиденького пюре из миски. Всё так же быстро она вскинула к лицу правую руку, чтобы стереть с лица слепящую пищу и стрелять уже наверняка. Внезапно сильнейший удар снизу в правую сторону лица практически повалил её на пол. За первым ударом сразу последовал второй, выбивая из руки пистолет и вызывая сильную боль в левой руке. Ошарашенная Елена всё же смогла смести с лица еду и открыть глаза: Коринф был справа от неё, практически уже заходя ей за спину. Елена вскинула локоть правой руки, совершая стремительный круговой удар, стараясь угодить Коринфу в висок, глаз или просто хотя бы в голову. Но было уже поздно: Коринф даже не собирался уходить от удара, напротив, он своей правой рукой обхватил локоть Елены, заводя ладонь ей за голову — сильнейший удар пришёлся ему прямо в челюсть! Кровь брызнула у него изо рта! Он еле сдержался, чтобы не взвыть от боли, но адреналин не давал возможности отвлекаться от боя: он уже был за спиной у Елены и левой рукой уже обхватывал её шею, выполняя удушающий захват. Елена попыталась было что-то предпринять свободной левой рукой, но рефлексы заставили инстинктивно хвататься за левую руку Коринфа, впивая в неё свои когти и пытаясь высвободиться из удушающего захвата. В тот же момент она почувствовала, будто бы пол уходит из-под её ног: Коринф начал поднимать её в воздух, держа за шею и роняя их обоих на спину на пол. Ещё мгновение, и они оба со звучным грохотом повалились на пол. Коринф обхватил ногами трепыхающуюся Елену, усиливая удушающий захват… Ещё несколько мгновений, и женщина перестала трепыхаться: пережатая сонная артерия быстро вырубила неудачливую авантюристку. Коринф всё ещё держал её в захвате, чтобы наверняка убедиться, что она отрубилась, а не притворяется. Женщина вся обмякла, её руки, будто макарошки, вяло повисли по сторонам — она была без сознания.
В дверях стоял ошарашенный, испуганный Владимир. Не понятно, какую часть сражения он успел застать, но сейчас перед его взором был кубрик, забрызганный жиденьким пюре, и Коринф, валяющийся на спине с безумным взглядом, держащий в захвате и душащий Елену. Владимир остолбенел в ужасе и не смог выдавить из себя ни звука.
Коринф высвободил захват, поднялся, подхватил Елену на плечо и быстро рванулся в медотсек. Он аккуратно уложил женщину на кушетку и проверил её шею — пульс отчётливо проступал. Её мозг вновь получил снабжение кровью и кислородом — скоро она должна была прийти в себя. Коринф мельком проверил её вещи, пытаясь найти ещё оружие, и, ничего не обнаружив, спешно удалился.
— Завлокировать двэрь в мевдотсек! — заплетающимся голосом произнёс Коринф.
— Я видел, что случилось — я запру её в медотсеке, — флегматично ответил Ион.
Коринф спешно прошёл в уборную к зеркалу, чтобы оценить повреждения. Сильнейший удар выбил ему несколько зубов, пробил щёку, а ещё Коринф весьма сильно прикусил язык. Весь рот ныл от боли, вдобавок по руке стекали пять отчётливых кровавых ручейков. Владимир оперативно принёс из ровера ящик с медикаментами и принялся оказывать Коринфу первую помощь.
Не прошло и десяти минут, как Елена пришла в сознание: это было понятно по безумному шуму, поднявшемуся в медотсеке — разъярённая женщина, похоже, вознамерилась разрушить корабль изнутри. Она бесновалась и кричала минут пятнадцать, после чего эта буря затихла.
Владимир и Коринф два часа восстанавливали его здоровье. Он уже мог вновь нормально говорить, хотя челюсть всё ещё сильно болела. Коринф открыл канал связи и заговорил с Еленой:
— Мне очень жаль, прости, что мне пришлось тебя вырубить. Но и ты хороша: ты же могла убить меня!
