— И жаль, что я промахнулась! — практически взревела Елена, явно ударяя кулаками в передающее устройство.
— Прости, ты не оставила мне выбора — я хочу жить! И я всё же убеждён, что надо показать ключ этому учёному Аристариев. Но я обещаю, что после этого, если всё будет нормально, отдам ключ тебе, и ты сможешь получить свою награду! Ты, кстати, чуть было не пробила силовой кабель своим выстрелом! Ты вообще в своём уме?! Устраивать пальбу на космическом челноке?
Елена не ответила ничего вразумительного, вместо этого она принялась очень грязно ругаться на языке, который Коринф не понимал, но, судя по обилию разнообразных выражений, общей агрессивности и эмоциональности, это был весьма оскорбительный поток проклятий и ругательств в его адрес.
— Что, во имя всего святого, у вас произошло? — испуганно наконец выдавил из себя Владимир.
— Ничего… Мы разошлись во мнении, что дальше делать с ключом. Я решил вначале отвезти его на Пентал к учёному, чтобы убедиться, что ключ не опасен, — Коринф поднял голову и громко произнёс: — Ион, мы меняем курс на Пентал!
— Да, я знаю. И так сразу понял… Я тебя поздравляю: она только что доломала медицинскую кушетку. Это, между прочим, дорогое оборудование, — недовольным голосом ответил Ион. — Ты хоть бы связал её, что ли…
— Прости, я сразу не сообразил, к тому же она наверняка рано или поздно высвободилась бы из пут. Смотри, чтобы она не смогла вскрыть двери медотсека, иначе она нам весь корабль разнесёт на куски.
— Мои вычислительные блоки и ячейки памяти находятся напротив двери в медотсек! Уж я за ней прослежу, будь уверен, — обеспокоенно ответил Ион.
— Ох… Вот же бестолковая полоумная стерва… — в полголоса произнёс Коринф, придерживая холодный регенерирующий компресс рядом с ноющей челюстью…
Дорога на Пентал заняла два с половиной дня. Настоящий цирк разразился на корабле: Владимир и Коринф всячески пытались унять гнев Елены. Через двое суток она хотя бы перестала осыпать всех проклятиями: вероятно, сказался усиливающийся двухдневный голод. В медотсеке установлена собственная камера с санузлом и доступом к чистой воде, так что хотя бы от жажды и нужды Елена точно не страдала. Коринф старался гнать челнок на максимальной скорости. Он несколько раз предлагал Елене еду, на исходе второго дня она всё же согласилась. Коринф велел иону приоткрыть двери медотсека ровно настолько, чтобы просунуть Елене несколько упаковок с едой, но даже этого хватило, чтобы она высунула по плечо руку и чуть было не поцарапала Коринфа — он едва успел отскочить.
— Фурия в аду явно не настолько страшна, как эта взбешённая женщина… — устало заключил Коринф.
Через два с половиной дня челнок уже стремительно заходил на посадку на Пентале, направляясь прямиком к ферме учёного Аристариев. Всю дорогу Коринф практически не спал, вздрагивая и просыпаясь от каждого шороха: каждый раз ему мерещилось, что Елена каким-то чудом выбралась из своего заключения и уже режет ему горло, или разбивает череп чем-то тяжёлыми, или пытается лишить жизни другими изощрёнными способами.
Челнок спешно спускался над грозовыми облаками. В этот раз посещение Пентала было немного омрачено начинающимися дождями: обширные разноцветные поля, зелёные луга, долины и темные леса начали казаться безрадостными и угрюмыми — или это просто такое настроение было у Коринфа. Челнок влетел в область дождя. Гравитационное поле вокруг корпуса не позволяло каплям надолго задерживаться на поверхности. Наконец область посадки была достигнута, и челнок аккуратно приземлился. Коринф наспех накинул куртку, вытряс из какой-то походной сумки на складе кучу важных предметов и сунул в неё ключ.
— А что нам тут? — недовольно спросил Владимир.
— Не знаю. Ждите, следите за обстановкой, не выпускайте Елену! Я постараюсь быстро…
Коринф спешно спустился с посадочной рампы и стремительно побежал под дождём к дому учёного Аристариев. В этот раз учёный не вышел встречать. Коринф добежал и начал настойчиво звонить в дверь. Наконец учёный открыл, пустив Коринфа внутрь.
— Я погляжу, в этот раз агрессивная барышня осталась на корабле? Я же всё Вам рассказал, зачем Вы вернулись? — недовольно спросил учёный, сжимая какой-то чёрный предмет в руках.
— Я не причиню Вам вреда… Я долго думал о Ваших словах, о том, что Вы говорили, что ключ может быть не тем, чем кажется… — ответил Коринф, аккуратно протягивая вперёд руки, показывая, что он не вооружён.
— Да?! Ну и что? Зачем пожаловал-то?! — всё ещё с недоверием, но уже явно успокаиваясь, ответил учёный.
Коринф прошёл к столу, раскрывая сумку.
— В общем, вот! Я нашёл ключ и привёз, чтобы Вы посмотрели и помогли разобраться, представляет ли ключ опасность! — решительно ответил Коринф, вынимая ключ на стол и отходя немного в сторону, чтобы учёному было хорошо видно.
Лицо учёного начало принимать белый оттенок, его глаза расширились, а рот распахнулся то ли в удивлении, то ли в ужасе. Взяв себя в руки, учёный бросился к столу, схватившись за голову.
