Не просто воображать, не просто моделировать, а создавать. Делать нечто, что будет существовать независимо от него. Подчинять материю своей воле. Давать рождение тому, чего не существовало прежде.
Ощущение было противоречивым: в нём сочетались страх перед безграничными возможностями и трепетное осознание грандиозности содеянного.
Иван вдруг осознал, что теперь никто не способен понять, что он испытал. Никто в этом мире не мог знать, что значит создать целую вселенную, прожить в ней века, чувствовать, как она развивается, а затем вернуться обратно, будто ничего не случилось.
Его мир стал его неразгаданной тайной, пространством, о существовании которого никто не должен был знать. Это была его собственная вселенная, созданная его волей, наполненная его замыслами, управляемая его законами.
Иван осознал, что не может позволить кому-либо проникнуть в этот мир, ибо чужое присутствие разрушило бы его первозданную чистоту, нарушило бы баланс, который он едва уловимо чувствовал.
Этот мир принадлежал только ему, и никому другому не дано было даже прикоснуться к нему.
Он должен был скрыть его от чужих глаз, сохранить в тайне, сделать частью себя, недоступной никому, кроме него самого.
Система Севантора встретила их безмолвием, равнодушием холодного космоса, в котором не было места тревоге, сомнениям или страху. Бесконечная темнота безучастно взирала на прибывающую флотилию, не зная, что в её черных тенях несётся не просто экспедиция, а неизбежность.
Они приходили не для переговоров, не для исследования, не для торговых контрактов. Их присутствие означало лишь одно: покорение, подчинение и полный контроль. Никогда прежде эта планета не становилась театром боевых действий, но теперь её спокойствие было нарушено навсегда.
Из глубин гиперпространственного тоннеля три боевых крейсера вышли тяжёлыми тенями, медленно и уверенно вторгаясь в эту далёкую систему. Они несли в себе не просто мощь, а историю целой эпохи: эпохи экспансии и безраздельного владычества. В их сопровождении скользила эскадра малых судов – транспортные корабли, модульные базы, корабли-зондировщики, которые несли на своих бортах дополнительное снаряжение. Пока крейсеры несли в себе разрушение, сопровождение обеспечивало контроль над тем, что останется после удара.
В центре боевого строя находился флагманский крейсер "Гелиос" — гордость земного флота, ветеран десятков кампаний. Его броня была окрашена в глубокий угольно-чёрный цвет, будто поглощала окружающий свет, а при ближайшем рассмотрении можно было разглядеть размытые следы прошлого – шрамы от сражений, потертые участки, где прежде красовались эмблемы уничтоженных врагов. Этот корабль был свидетелем войн, которые его экипаж уже не мог пересчитать, он пережил разрушенные цивилизации, стертые города и сломленные нации. Каждое сражение оставляло на его корпусе след, но он продолжал идти вперёд, и ничто ещё не смогло его остановить.
На командном мостике "Гелиоса" царила безупречная дисциплина. Генерал Эдвард Хэйден, высокий, худощавый мужчина с аскетичными чертами лица, стоял у центрального обзорного экрана, сцепив руки за спиной. Выражение его лица было непроницаемым – не холодным, не жестоким, а просто лишённым эмоций. В его глазах не отражался гнев, но и сочувствия в них не было. Он знал, зачем они здесь. Он знал, что нужно делать.
Вокруг него операторы боевых станций отслеживали поступающую информацию. Мониторы анализировали характеристики планеты, заполняя таблицы тектоническими данными, климатическими параметрами, составом атмосферы. Но главное, что их интересовало, было население.
На гигантском голографическом экране развернулась трёхмерная модель Севантора. Красные точки появлялись одна за другой, обозначая населённые зоны. Их было больше, чем ожидалось.
– Населённые зоны выявлены, генерал.
– Сколько?
– Четыре крупных поселения, не менее десятка мелких. Инфраструктура частично скрыта под поверхностью.
– Приоритетные цели?
– Два наиболее развитых комплекса – Летари и Орд-Нок. Фиксируются энергетические аномалии. Оценка их природы требует дополнительного анализа.
Хэйден кивнул, не отрывая взгляда от изображения планеты. Ему не нужны были объяснения. Он знал, что это означает.
На орбите уже разворачивались десантные модули. Они выходили из грузовых отсеков транспортных судов, их массивные корпуса, покрытые чёрной бронёй, спускались вниз, словно огромные механические насекомые. Вслед за ними активировались спутники слежения – крошечные серебристые точки в тёмной бездне космоса. Их задача была ясна: сканирование местности, картографирование, выявление целей и обеспечение связи между наземными подразделениями и флотом.
Одновременно с этим генераторы гравитационного оружия начали запуск активации. Эти установки могли вызывать локальные разрывы в тектонической структуре планеты, создавая искусственные землетрясения, оползни, нарушая геомагнитный баланс, превращая саму почву в оружие против её обитателей.
Севантор, скрытый от Земли столетиями, теперь оказался под прицелом.