Иван шёл впереди. Лиана держалась рядом, напряжённая, сосредоточенная, будто просчитывала каждый шаг. Элиза вцепилась в рукав Рэми, который двигался медленно, сжав зубы, удерживая боль в раненом плече. Томас сжимал оружие так крепко, что костяшки его пальцев побелели, а Лана озиралась по сторонам, словно пытаясь уловить момент, когда смерть настигнет их.
Вдалеке среди руин мелькали человеческие фигуры – растерянные, обезумевшие от страха, пытающиеся спастись в лабиринте разрушенных улиц.
Беженцы метались в панике, не понимая, что происходит. Кто-то бежал вслепую, натыкаясь на обломки, другие стояли на месте, беспомощно глядя в небо, словно ждали объяснений.
Но мир не дал им ответов. Иван застыл, когда всего в нескольких шагах от него женщина, казавшаяся растерянной, сделала шаг вперёд и в следующее мгновение исчезла, словно её никогда не существовало. Никакого предупреждения, ни вспышки, ни звука – просто пустота, мгновенно заполнившая её место, как если бы сама реальность вычеркнула её из своего существования.
Пространство дрожало. Гравитационные волны проходили через улицы, искажая архитектуру и ломая законы физики. Здания вытягивались в неестественные формы, а мостовые уходили вглубь, образуя слепые провалы.
На глазах у Ивана ещё трое людей исчезли, оставив после себя лишь вибрирующий воздух, который тут же затянулся, словно их никогда не существовало.
Лиана замерла, схватив его за руку:
– Нельзя останавливаться. Если ты начнёшь смотреть на это – ты уже проиграл.
Иван сжал кулаки и сразу отвёл взгляд. Они двигались дальше.
Где-то впереди послышался приглушённый шорох: едва уловимое движение нарушило зловещую тишину города. Выйдя на разрушенную площадь, Иван и его спутники увидели, как среди руин скользили пауки, методично патрулируя улицы, словно бездушные стражи умирающего мира.
Эти твари больше не выглядели дикими. Теперь они смотрелись частью системы: методичными, беспощадными. Их зрачки светились холодным огнём, отражая свет гибнущего города.
Иван замер в тени полуразрушенной стены: его взгляд был прикован к тому, что происходило впереди. Один из раненых, корчась от боли, полз вдоль стены, оставляя за собой тёмный кровавый след, впитывавшийся в потрескавшийся бетон.
Пауки уже заметили его. Но они не бросились в атаку, не проявили нетерпения, а двигались медленно и методично, словно наслаждаясь осознанием неизбежного конца своей жертвы. Существо размером с человеческий рост выползло из-за обломков, медленно, уверенно, словно наслаждаясь неизбежностью происходящего.
Оно поднялось на задние лапы, вытянув передние конечности, покрытые прочным хитином, из которого выступали длинные, острые, как клинки, отростки. В свете пожарищ их поверхность отражала мертвенный блеск, будто сама природа этих созданий была рождена для убийства.
Движение было молниеносным. Лезвие прорезало воздух с небывалой лёгкостью, прежде чем встретить плоть, разрывая её без малейшего усилия. Жертва, едва успевшая осознать свою обречённость, осела на землю, оставляя за собой дрожащий след тени, пока не погрузилась в вечную неподвижность.
Иван отвёл взгляд, стиснув зубы. Им не было смысла вмешиваться – любой порыв к действию означал бы смерть, лишённую даже иллюзии сопротивления.
Вокруг пауки завершали своё дело, беспристрастно добивая раненых. Они не проявляли агрессии – их действия были методичны, словно исполнение заранее прописанного алгоритма, от которого не было отклонений. Они не убивали ради жестокости – они просто зачищали пространство от всего, что ещё могло двигаться.
Лиана схватила Ивана за плечо, встряхнув его с такой силой, что пальцы впились в его руку, словно пытались вернуть его к реальности:
– Мы должны идти. Сейчас же.
Пробираясь через разрушенные улицы, избегая обрушившихся конструкций и уцелевших патрульных пауков, они наконец достигли укрытия – старой подстанции, некогда служившей для управления городской инфраструктурой. Здесь, возможно, ещё оставались работающие системы связи, но времени на проверки не было.
Иван с силой ударил по панели, оставляя на ней кровавый отпечаток ладони. Замок с глухим щелчком среагировал, и дверь поддалась, открывая им доступ внутрь.
Под потолком мерцали лампы аварийного освещения, отбрасывая на стены неровные тени. Слабый гул оставшегося питания подтверждал, что система пока ещё держится, но было ясно, что её ресурсы на исходе.
Лиана метнулась к терминалу: её пальцы судорожно пробежались по клавишам, активируя старую консоль. Экран вспыхнул, отразив её напряжённое лицо в голубоватом свете загрузки, и ожил.
Из тёмной глубины экрана вырвалась голографическая проекция, прорезая приглушённый полумрак комнаты тревожными мерцающими символами.
– Они что-то оставили… – пробормотала Лана.
Послание было активировано удалённо. На экране появился символ Земного командования. Иван и Лиана переглянулись, когда раздался голос:
– Активирован режим полной зачистки, – каждое слово врезалось в сознание. – Оставшееся население подлежит ликвидации.
Тут Лиана моргнула, едва удержав дыхание.