Она обвиняла в смерти Томаса Мелитона продажность и коррупцию нерадивых вассалов короля: именно они продолжали держать детей в пагубной атмосфере этого приходящего в упадок приюта. «Когда вице-король собирался выполнить свое обещание и перевести мальчиков в Патриотическую школу?» – спросила Исабель, глядя на Бальмиса покрасневшими от слез глазами. Доктор пожал плечами, не зная, что ответить. Он тоже впал в уныние, его мучили угрызения совести. Бальмис вспоминал этого малыша, веселого и вежливого, из тех, кто никогда не создает проблем. Ребенок умер вдали от родной Испании, и причиной тому стало невыполненное обещание правительства его собственного королевства. «Какой позор!» – размышлял доктор, трудясь над седельными сумками, в которых маленьким мексиканцам предстояло преодолеть триста километров пути до Акапулько.
Восемнадцатого января 1805 года караван из тридцати лошадей и дюжины мулов с грузом выдвинулся из Мехико в сторону Атлантического океана. Дети ехали в седельных сумках, по одному с каждой стороны. Когда путешественники добрались до вершины южного хребта Сьерра-Мадре, перед ними открылся великолепный вид на живописную бухту Акапулько, обрамленную тамариндами, гуайявами, миндальными и манговыми деревьями. Единственный естественный глубоководный порт на западном побережье Северной Америки, Акапулько был основан как верфь: здесь строились корабли, помогавшие Франсиско Писарро в завоевании Перу, и суда экспедиции Кортеса, открывшей острова в Калифорнийском заливе, которые изобиловали жемчугом, а также корабли Легаспи[79], открывшего Филиппины и провозгласившего их владениями короля; таким образом, замкнулся круг завоеваний империи, где никогда не заходит солнце.
Посреди бирюзовых вод на рейде стоял «Магеллан». Привлекали внимание его характерные носовая и кормовая надстройки, а также большая по сравнению с другими судами ширина.
– Он станет нашим домом на ближайшие месяцы, – сообщила Исабель детям.
«Или нашей могилой», – прибавила она про себя. Известный как один из манильских галеонов, он осуществлял самые длительные в истории мореплавания рейсы на Филиппины и обратно; маршрут длился полтора года и пользовался дурной славой из-за повышенного риска и многочисленных опасностей. Издалека судно казалось огромным замком посреди моря.
Несмотря на свою доблестную историю, Акапулько представлял собой городишко с несколькими кривыми улочками, петлявшими вокруг форта Сан-Диего: эта крепость была в свое время воздвигнута для защиты от английских пиратов. Жизнь в городе текла благостно и однообразно, за исключением двух месяцев в году, когда приходили и уходили корабли из Китая и Перу. Тогда жители, в основном, негры и мулаты, стряхивали сонное оцепенение и смотрели, как их захолустная деревня превращается в прославленную на весь мир ярмарку. Сейчас на улицах Акапулько участников Королевской филантропической экспедиции окружали путешественники из Азии и Перу, торговцы золотом и серебром, купцы, привлеченные восточными шелками, жемчугом, специями, лакированными шкатулками, рисом и фарфором; в обмен предлагалось серебро, кукуруза, мексиканские томаты и перец чили. Китайцы в своих паланкинах с трудом прокладывали дорогу в толпе индейцев из Анд в их сомбреро с высокой тульей, монахов всех возможных орденов, туземцев с целебными травами, солдат, моряков, носильщиков, проституток, знахарей, шарлатанов и фокусников.
Пока Исабель с детьми устраивалась в просторном особняке начальника порта, Бальмис отправился прямиком к капитану Анхелю Креспо, чтобы обсудить стоимость проезда. Капитан обнаружился в местном притоне: он сидел на полу, привалившись к стенке, со стаканом пульке в руках.
– Я боялся, что не успею вовремя… Почему вы так срочно объявили дату отправления?
– Потому что галеон всегда переполнен, а так нам не приходится отказывать тем, кто опоздает, – он сплюнул на пол и продолжил. – Уведомляю вас, что мы задержимся на три дня, потому что я жду группу монахов-капуцинов из Гватемалы.
– Ладно, у нас останется время для вакцинации.
Бальмис рассказал капитану о жестоких испытаниях, выпавших на долю детей во время путешествия через Атлантику, и попросил, чтобы новомексиканских ребят, которые должны транспортировать вакцину на филиппинский архипелаг, разместили с максимально возможным удобством.
– Я же сказал – галеон набит под завязку.
– Но у нас есть преимущества, согласно прямому указанию Его Величества.
– Я подчиняюсь только вице-королю, он мой начальник.
– Да, я знаю. Сначала вы охотно согласились, а потом сказали, что без разрешения вице-короля ничем не можете помочь.
– Ну, мочь-то я могу…
Тут Бальмис начал сердиться.
– Ладно, сколько стоит билет?
– Пятьсот песо на человека.
От этой невообразимой суммы Бальмис потерял дар речи.
– Вы не можете брать с детей столько же, сколько с взрослых.
– Отчего же? Места они занимают столько же, а едят, скажу я вам, даже больше, потому что растут.
– Нет, это невозможно, то, сколько вы просите, – это… чудовищно!
– Такова цена. Никто не заставляет вас садиться на корабль.