Растущее обнищание деревень приводило к тому, что в приюты поступало огромное количество подкидышей; однако, согласно уставу, принимали всех и не отказывали никому. И это были не только сироты или младенцы неимущих матерей – с каждым днем все больше и больше появлялось детей, имеющих законных родителей-бедняков. Исабель два дня обивала пороги в городе, чтобы раздобыть дополнительные койки, а также бобов, немного сахара и миндаля, чтобы приготовить орчату[50] для вновь прибывших. Приютского бюджета не хватало на необходимое питание, одежду и лекарства, но жаловаться Исабель не привыкла, и поэтому никак не стала обсуждать это с гостями.
– Не беспокойтесь, – сказал ей Бальмис, – из привезенных детей только четверо продолжат путешествие с нами на корабле; остальные – те, кто уже привит, – возвратятся в Мадрид.
Исабель пришла в ужас от запущенности этих столичных детишек. Грязные, нечесаные, в форме, которая уже успела превратиться в лохмотья, они казались усталыми и несчастными. Из-за причиняемого вакциной зуда дети постоянно чесались, несмотря на непрерывные увещевания санитаров. Мальчишки все время затевали драки. Андрес был бледен, с запавшими глазами, казалось, он едва держится на ногах.
– Вчера у него поднялась температура, – сообщил санитар.
– Пойдем тебя уложим…
Исабель оставила гостей и занялась ребенком. В отличие от возмутительного поведения юных мадридцев, дети из приюта Ла-Коруньи демонстрировали совсем иные манеры. Несмотря на переполненность заведения, никто из них не вопил, не делал гадости исподтишка; выглядели они здоровыми, и все, как один, с почтительной любовью относились к начальнице. Когда Исабель вернулась, Бальмис обратился к ней:
– Очень скоро места у вас будет предостаточно…
– Вы хотите сказать, что сделаете пожертвование, чтобы мы могли расширить помещение? – насмешливо поинтересовалась Исабель.
– На такое количество сирот никаких пожертвований не хватит… – проворчал врач. – Я собираюсь взять с собой в плавание нескольких детей из вашего приюта… и хочу, чтобы вы помогли мне их отобрать.
Исабель изменилась в лице. Бальмис тем временем достал из папки стопку бумаги.
– Смотрите, это устав экспедиции, заверенный Его Величеством.
Исабель быстро пролистала документ.
– Как это? Вы собираетесь увезти детей… в Америку?
– С позволения Его Величества, с миссией освобождения мира от оспы.
– Но… неужели ради такой благородной цели вам нужно искать сирот в приюте?
– Другой возможности нет.
Тогда Бальмис и Сальвани, осознав, что столкнулись с непредвиденным препятствием в лице Исабель, принялись в подробностях объяснять ей планы экспедиции, делая упор на том, что носителями вакцинной субстанции должны быть дети, никогда не сталкивавшиеся с болезнью и не имеющие родных…
– Родители ни за что не отпустили бы детей в такую далекую поездку, а если бы и согласились, то за немалые деньги, что противоречит самому духу экспедиции… Поэтому мы здесь, в вашем приюте, – заключил Бальмис.
Врачи особенно подчеркнули, что прививка не несет никакого риска для детей, напротив, сплошная польза – они получат защиту от оспы на всю жизнь. Гости продолжали рассказывать о великом значении экспедиции, о поддержке короля, о неотложном характере этих мер, о грядущих трудностях… пока Исабель не прервала их объяснения. Всем естеством она противилась мысли, чтобы отпустить в далекий путь «своих» детишек.
– А кто о них позаботится потом?
– Королевская казна обязалась содержать их, пока они не найдут себе работу и не смогут сами себя прокормить. Мы надеемся, что большинство детей усыновят в достойные семьи; в противном случае они вернутся в свои города и деревни… Так решила Корона.
– А мы проследим, чтобы власти исполнили свои обязательства, – добавил Сальвани между двумя приступами кашля.
– Это хороший шанс для них, подумайте хорошенько… – настаивал Бальмис. – Они станут участниками великого филантропического предприятия, Корона всегда будет им благодарна. К тому же – поправьте меня, если я не прав, – какое будущее ждет их в Галисии, когда они покинут приют? На улицах полно молодых попрошаек…
Исабель пребывала в смятении.
– Они ничего не теряют, – добавил Сальвани.
– Эти дети никогда не ездили дальше, чем до Башни Геркулеса… – промолвила Исабель. – Как вы можете быть уверены, что они благополучно перенесут столь дальний путь? А штормы? А если корабль затонет?
– Каждые два месяца почтовые суда курсируют между Испанией и Буэнос-Айресом или Мехико и не тонут. Мы выберем надежный корабль, который одобрит король. Детей постоянно будут сопровождать четыре врача и три санитара, чего никогда не происходит на суше… Помимо того, даже если кто-то из них погибнет, его смерть позволит избежать тысяч смертей от оспы. Поверьте, – продолжал Бальмис, – участие в этой экспедиции – это привилегия, и для детей, и для нас, врачей, и для всего человечества.
Мысли Исабель метались в беспорядке. Она понимала то, что объясняли эти велеречивые медики, но в душе не принимала. Мальчик лет восьми подошел к ней и потянул за подол:
– Ма… мама, я есть хочу…