Охренеть. Если «Спальник» установил столько дополнительных двигателей, за ним даже супертранспортник не угонится. Среднестатистический корабль класса «Плита» способен постоянно поддерживать скорость сто четыре килосветовых; корабль класса «Горный хребет» – именно к нему с неизменной гордостью причислял себя «Зевающий ангел» – с легкостью перегонит «Плиту» на сорок килосветовых. Супертранспортник класса «Утес» на девяносто процентов состоит из двигателей и на короткое время может развивать скорость даже бо́льшую, чем у скоростного наступательного корабля. «Благосклонный подход» способен разогнаться до двухсот двадцати одной килосветовой, но дольше часа-двух в темпе отчаянной погони не протянет.
А если «Спальник» еще и весь конструкторский отсек переделал в двигательный, то вполне может разогнаться выше двухсот тридцати трех килосветовых.
В сводках «Благосклонного подхода» озадаченность давно сменилась восхищением, потом – недоумением. Теперь на смену этим эмоциям явилось раздражение. «Спальник» разогнался до двухсот пятнадцати и тормозить не собирался. Супертранспортник сообщил, что в ближайшие минуты развалится, если не сбавит скорость, и запросил инструкций.
«Зевающий ангел», который и сам ускорялся изо всех сил, намереваясь следить за перемещениями всесистемника до тех пор, пока ему не разрешат прекратить погоню, приказал «Благосклонному подходу» не рисковать собой и не ускоряться выше положенного.
«Спальник» продолжал набирать скорость. Супертранспортник «Благосклонный подход» выдохся на двухстах двадцати, сбросил до двухсот, но даже в таком темпе больше четырех часов не выдержал бы.
«Зевающий ангел» разогнался до ста сорока шести – и все.
«Спальник», разогнавшись до двухсот тридцати трех с половиной, вышел на крейсерскую скорость и устремился в галактические бездны. Супертранспортник об этом доложил, но как-то неуверенно.
«Зевающий ангел», смирившись с поражением, беспомощно смотрел, как гигантский всесистемник исчезает в вечной ночи между звезд.
Избавившись от преследователей, Эксцентрик заложил широкий вираж, медленно меняя курс в первом из множества обманных маневров, предназначенных для того, чтобы скрыть цель полета – если, конечно, он преследовал какую-то цель, а не просто пытался ускользнуть от чрезмерно заботливых сородичей… «Зевающий ангел» отчего-то заподозрил, что у подопечного – вернее, у бывшего подопечного – цель все же имеется и что корабль направляется в определенное место.
Двести тридцать три тысячи скоростей света. Офигеть. «Зевающему ангелу» такая прыть показалась почти вульгарной. Куда Эксцентрик вообще собрался? К Андромеде?
«Зевающий ангел» спроецировал курсопрогностический конус на галактическую модель внутри своего Разума.
Конечно, «Спальник» хитроумен и изворотлив, но похоже, что он взял курс на Верхний Листовихрь. Туда три недели ходу.
«Зевающий ангел» отправил сигнал. Во всем этом есть и несомненный позитив: теперь эта проблема его полей не касалась.
В гостиной аватар Аморфия, скрестив тонкие руки в черных перчатках и сжимая тощими пальцами костлявые локти, внимательно смотрел на экран с изображением компенсированной панорамы гиперпространства в сильном увеличении.
Сама панорама походила на обширную атмосферную область какой-нибудь планеты. Далеко внизу виднелся слой сияющего тумана – Энергетическая Решетка; наверху простирался такой же слой ярких облаков. Их разделяла ткань реального пространства, двумерный слой, простая прозрачная плоскость, сквозь которую сновал всесистемник, будто челнок по бесконечным нитям основы на ткацком станке. Далеко-далеко позади превращалось в точку яркое пятнышко супертранспортника; еще недавно оно тоже скользило сквозь ткань реальности по синусоиде, длина волны которой измерялась световыми минутами, а сейчас перестало осциллировать и опустилось на нижний уровень гиперпространства.
Масштаб укрупнился; супертранспортник, увеличившись в размерах, продолжал отдаляться. Еще одна светящаяся точка, чей путь ранее отмечала волнистая, а теперь прямая линия, обозначала всесистемник, преследовавший «Спальный состав». А позади, еще дальше, виднелась неподвижная яркая точка на ткани реального пространства – звезда системы Дриве.
«Спальный состав», достигнув максимальной скорости, тоже перестал осциллировать между двумя областями гиперпространства, обосновавшись в большей из двух бесконечностей – ультрапространстве. Всесистемник и супертранспортник, ненадолго ускорившись, последовали примеру «Спального состава». Педант нарек бы место, в котором они сейчас пребывали, ультрапространством +1, хотя, ясное дело, никому еще не удалось проникнуть в ультрапространство −1, или инфрапространство +1, если уж на то пошло, так что это определение не имеет никакой ценности, кроме умозрительной. Точнее, до недавнего времени не имело. Все изменится, если Эксцессия и вправду то, чем ее считают…
