Мы шли среди торговых рядов с пёстрыми тканевыми палатками. Тут же встречались приземистые дома из охристых больших каменных блоков с вывесками разного характера. Вдалеке справа виднелись привычные современные в рамках известной галактики отели для всех видов и форм жизни. А тут их было несметное количество. Все расы, виданные и невиданные, сновали под ногами и возвышались над головами. Семейство, похожее на клубки волос, уворачивалось от исполинского голубоватого ездового существа, похожего на травоядного длинношеего динозавра, а по бокам агрессивно шли торги между скорпионообразной буханкой хлеба и чем-то, что выбралось из книг Лавкрафта. Проведя столько времени в космосе, я почему-то уверилась, что видела очень многое, но сейчас мир открылся заново.
И как бы я была рада, если бы мы прошли незамеченными.
У нуксов была своя репутация, и их появление на нейтральных территориях воспринималось насторожено, но большая часть взглядов была прикована ко мне.
Все знали про существование семи рас прародителей и сейчас для них было явление одной из них, закованной в цепи и с диким взглядом загнанного зверя. Уже сегодня к ночи весь Цдам и окрестности прознают про нового эксклюзивного воина этого сезона. Легендарного атлуса, восставшего из мертвых. А потом им станет известно мое имя, обросшее толстым слоем легенд и слухов, и сюда побегут со всей галактики, чтобы посмотреть, как знаменитая Ма’рахакаера Ангел убивает на потеху, как зверь на цирковой арене.
Я поежилась от ощущения десятков пар глаз на себе, но заставила себя отключить эмоции. Эта толпа лишь куча напуганных птиц, и стоит сделать резкое движение – они разлетятся с жалобными криками. Они не должны видеть во мне Сирену, лишь Ангела. Если сейчас еще начать метаться от противоречивых эмоций, то я точно склею тут ласты. Нужно разобраться с этим так же, как и с любой другой миссией на войне.
Вблизи арена напомнила мне Земной Колизей, только у этого были высоченные колоны из блоков камня с воротами, которые были заперты за исключением одних. Возле них нас встретили големы, выросшие буквально из земли и песка, а потом проводили внутрь. Обступившая тьма поначалу показалась непроглядной, но потом в глаза ударил яркий свет.
Это была огромная арена, усыпанная красным песком, от которого исходил устоявшийся запах крови. Ряды сидений уходили так высоко, что крыша клетки не позволяла увидеть верхушку.
– Рениш! – раздался мурлыкающий голос. – Вот и вы!
К нам в окружении безликих големов приближалось нечто круглое в красном халате. Это существо имело зеленоватую маслянистую кожу с темными пятнами. Полы халата скрывали короткие ножки и хвост, зато вот лицо… Три пары красных глаз без радужек были направлены на меня. Существо улыбнулось набитой клыками пастью и поправило толстой рукой, похожей на плавник с пальцами феску на голове, выходящей из тела без шеи.
Рениш произнес его имя, и я в жизни бы не смогла повторить набор звуков, необходимых для этого.
– Как и обещал, – Рениш отошел, приглашая покупателя рассмотреть свой товар. – Надеюсь то, что мы обговаривали в силе?
Существо подошло ближе и втянуло щелками, заменяющими нос, воздух, будто обнюхивая меня. Я не двигалась, лишь с призрением склонила голову и прищурилась. Этот водяной-вампир не вызывал ничего кроме отвращения.
– Какая-то она потрепанная, – заметил вампир.
– Поймать ее оказалось не так уж и просто, но уверяю, она в отличной боевой форме. Снимешь цепи раньше, чем нужно – она точно попытается тебя прикончить.
Я бросила на Рениша уничтожающий взгляд, но существо лишь рассмеялось и отступило.
– Я забираю ее.
– Только помни мои инструк…
– Все-все, Рениш. Я знаю, как обращаться с твоими зверушками. Они все одинаковые. Либо пошли выпьем за удачную сделку, либо лети в свое гнездо назад и продолжай войнушку.
Все одинаковые?
Рениш с долей злорадства осмотрел меня и кивнул Чаку и Герду, чтобы те двигались к выходу.
– До встречи, Дорогуша, – ухмыльнулся он, отдавая ключи от клетки.
Я проводила его злобным взглядом, обещающим мучительную смерть, но меня отвлёк оглушительный удар по прутьям клетки.
– Забудь про него. Теперь ты собственность Императора, – вампир развел руки в сторону. – То есть моя. У вас, человеческих созданий крайне неповоротливый язык, поэтому можешь звать меня Император Николас. Или Ник. Тебе, красавица, я разрешаю. Ну, ты хоть понимаешь, что я тебе говорю?
Я кивнула, рассматривая его с напускной скукой.
– Заканчивай спектакль. Говорить-то тебя учили? Перед тобой сам Император.
– Да, я уже услышала. Видишь ли, Ник, нахождение в клетке в цепях не располагает к разговорам.
Ник махнул рукой и один из големов отпер дверь, вытаскивая меня за шкирку. Песок показался мне нестерпимо горячим даже через нанокостюм. Я подняла руки в железных рукавицах, но Ник убрал связку в карман халата.
– Знаю, тебе не терпится расправить крылышки, но для начала нам нужно прийти к согласию. Ты должна быть наслышана о моих гладиаторских боях. О том, как здесь все устроено.
– Допустим, – надоедая звоном цепей, бросила я, разминая ступни.