За свои увечья ему не было обидно, но вот за подпорченную мордашку гадюки Конор был готов пойти на этих сраных драконов с голыми руками. Жаль, что всё это время, пока бестии нагоняли ужас на Арнингул, он леденел в его водах.
Они на па́ру с чародеем отбились от чудовищ, это внушало восхищение. Кто бы мог подумать, что в ней пробудится клятый магический дар? В её крови действительно было нечто такое... Древнее, тёмное, сладкое и сводящее с ума.
Вряд ли она захочет стать чародейкой, это совсем не её. Но фокус со щитом может пригодиться в дальнейшем. Логнар счёл так же, поэтому взялся за неё уже на обратном пути, однако та была слишком раздавлена смертью белобрысого, чтобы выпустить хотя бы одну вялую искорку.
– Есть мысли, змейка? – спросил он, так тихо и мягко (почти, блять, нежно), что пришлось плеснуть желчи в голос: – Как видишь, тут высказывается каждая собака, никакого официоза.
Полукровка прервала рычание волколака, тронув его за локоть, и вышла вперёд, прихрамывая.
– Мы можем подчинить драконов, – сказала она. – Эйнар на это рассчитывал. Он рассчитывал на
– Милая, если ты не заметила, зверюги упорхнули вместе со своим хозяином.
– А что, поход на Ноэстис отменяется? – полукровка стрельнула глазами в Торода.
– Ты в своём уме, девка?! – задохнулся Ларс. – Нас по пальцам можно пересчитать. Мы, фактически, уже трупы. Прямо сейчас Чёрные Плащи вырезают Флярдхейм. Мы – последний оплот, но скоро они доберутся и до нас. У нас нет сил на оборону, а ты тут заявляешь об атаке на Ноэтис!
Тород спрятал посеревшее от постоянного недосыпа лицо в ладонях, снимая тем самым с себя полномочия ответственного за собрание. Конор сцедил усмешку в кулак, притворившись, что его разобрал кашель.
– Но если мы подчиним драконов, а заодно упырей и сехлинов... – полукровка не договорила, глянув на чародея. – Это возможно?
«В теории», – фыркнул Конор про себя.
– Да, он может научиться, – согласился Логнар.
– А если нет? – спросил бард.
– Тогда мы все погибнем. Времени у нас немного. После второй волны из Лаустендаля мы уже не оправимся. Нас разобьют здесь или в Ноэстисе, и некому станет защищать другие владения. Ларс прав. Все основные силы здесь.
– Или их крупицы, – добавил пьянчуга с горькой ухмылкой.
По толпе пронёсся шёпот. Никто не верил в эту затею. Конор бы и сам был сейчас на полпути к Югу, если бы не упрямство девчонки, заявившей, что она останется на Севере до конца.
Что она там увидела, после пробуждения драконов? Неужели испугалась? Или было что-то ещё...
С этим она ни с кем не делилась.
Когда все присутствующие наговорились и гомон голосов поутих, седовласый дверг приблизился к Логнару.
– Мы знать, что Талак утащить не только Драупнир. Он украсть Гунгнир, – заявил коротышка.
Логнар сдвинул брови, изображая, что не понимает, о чём идёт речь.
– Оно здесь. Мы знать.
– Гунгнир? Как он выглядит?
– Как то копьё, что висит у тебя в комнате, – протянул Конор с удовольствием.
Чародей был готов испепелить его одним взглядом, без всяких заклинаний.
– Верни Гунгнир, – вновь пробурчал дверг, уставившись на чародея.
– Вы понимаете, что за сила в этом копье? – отозвался Логнар.
– Да. Ты не быть достоин это. Верни что украсть, маг.
– Забирайте, – процедил Логнар с негодованием.
– Это копьё выковать мой предок Двалин для сам Один. А кольцо – Синдри, его брат. Оба предметы иметь великая сила.
– Что за Гунгнир? – полюбопытствовала полукровка.
– Артефакт, о нём Талак тоже писал, – пояснил нехотя Логнар. – Я изучал его несколько недель. Мы нашли его тут, в Темпрасте. Вместе с прочими богатствами Соторнила. Легенды гласят, что копьё может поразить бога.
– Снова сказки, – фыркнула змейка. – Верни его гномам, и всё.
– Ты позволяешь бабе командовать тобой? – вдруг взвился Ларс, просверливавший девчонку возмущённым взглядом с того самого момента, как она заговорила.
– Придержи язык, не то я его вырву, – бросил Конор.
Ярл сделал вид, что не услышал, продолжая поедать глазами полукровку.
«Её-то ты не боишься, да? Кретин».
– Да кто ты вообще такая, чтобы стоять тут и посылать нас на смерть? – прогнусавил Ларс. – Катись туда вместе со своим дружком-упырём. Драконов она собралась приучать, ишь, умная какая... Курица.
Надо отдать ей должное, вместо того, чтобы проехаться кулаком по опухшей морде, полукровка изобразила фальшивую улыбку и спокойно произнесла:
– Кто я? Как минимум одна из тех, кто рисковал своей шкурой, пока ты отсиживал своё гузно в тепле, заливаясь вином.
– Дрянная девчонка! – рявкнул Ларс, грузно поднимаясь со стула. – Да я тебя...
– Давай. Едва ли это будет больнее, чем удар ребёнка.
– Сука!
– Ларс, – одёрнул его Тород. – Сядь. Мы многим обязаны Айнелет. Она имеет здесь голос заслуженно.
У пьянчуги чуть не перехватило дыхание от ярости, но он взял себя в руки и, тряхнув сальными патлами, плюхнулся обратно в стул. Теперь его взгляд буравил полукровку ещё настойчивее.
– Твоё предложение годится, – изрёк вдруг Тород, посмотрев на девчонку. – Не вижу пока иных вариантов.
