Сел и замер, обхватив руками голову, уставив застывший взгляд в пол у себя под ногами.
– Что? Не получилось, что ли?! – перепугалась Эви. – Он умер?!
– Похоже, получилось… – пробормотал Кастанеда. – Но я НИЧЕГО не понял.
– Зачем тогда вы его простынёй закрыли? – не поняла панта. – И отнесли туда, в девятый уровень? И что это был за спецкостюм такой?!
Она засыпала бедного профессора вопросами, хотя было очевидно, что и сам он совершенно сбит с толку.
– У него чёртов ядерный реактор в голове! – воскликнул он наконец. – Я не понимаю… ЗАЧЕМ?! Он радиоактивен, как ядро атомной электростанции! И что я теперь должен с ним делать?!
– Так он же от лучевой болезни умрёт! – ужаснулась Эви.
Кастанеда посмотрел на неё снисходительно и вдруг спросил:
– Тебе, конечно же, не приходилось подвергаться ионизирующему облучению?
– Конечно, нет. К чему это? – не поняла панта.
– К тому, что на пант и эльксаримов оно действует совершенно иначе. Вы же ядерные мутанты, подумай сама. Эльксарим никогда не заболеет лучевой болезнью, – объяснил Эрих. – Чего не скажешь о нас… То, что он эльксарим, означает, что у него есть потребность в гармоническом балансе, но не могу же я так запросто выпускать его наружу с таким-то фоном! Я просто не понимаю… должен быть какой-то выход, – он нервно прикусил ноготь.
– Как вообще у человека может быть ядерный реактор, да ещё в голове? – недоумевала панта.
– Не имею ни малейшего представления! – согласился с ней Эрих. – Я вообще не понимаю принципа его работы. Хотя в ядерной физике вроде не полный ноль. Каким образом устройство объёмом с грецкий орех может ТАК излучать?! Откуда?! Это же невозможно! Скажи мне такое ещё часа три назад – я бы только посмеялся. А теперь не до смеха… Он… он кардинально отличается от всех остальных. Я никогда, никогда не видел подобного метаболизма! Он совершенно другой…
Похоже, профессор был полностью обескуражен.
– Ну а оружие у него какое? – спросила Эви.
Кастанеда помотал головой.
– Почти ничего. Ты не поверишь, только выдвижные шипы, причём они явно предназначены для защиты. У него нет никакого атакующего оружия! И как я должен сообщить об этом генералу, который возлагал на него такие надежды? Он будет в бешенстве.
– Разве высокий элькса-потенциал не означает высокую мощность оружия? – переспросила девочка.
– Генерал, видимо, именно так и думает, – кисло усмехнулся Эрих. – Но элькса-потенциал – интегральная характеристика. Сюда входит среди прочего сложность организации кибернетической системы, так что, с этой позиции как раз всё логично. Согласись, сложнее ядерного реактора со всем поддерживающим аппаратом трудно себе что-то представить. Вот только в чём… в чём, чёрт возьми, его предназначение?! Он явно не является оружием.
– А он не рванёт? – испуганно спросила Эви.
Кастанеда помотал головой.
– Да шут его поймёт. Интуиция мне подсказывает, что должны присутствовать некие совершенные механизмы стабилизации. Кибернетика эльксаримов всегда предельно биосовместима, ну, понятное дело, в отношении их же организмов. Едва ли оно может нести опасность само для себя. Должно быть стабильно. Но зачем… Зачем?!
Некоторое время они просидели молча, после чего Кастанеда поднялся с места и обратился к Эви:
– Ладно, нам пора бы подумать о планах на завтра. Пошли.
Он привёл её на -3-й этаж и пригласил в кабинет выпить чаю. Достал из стола вазочку с конфетами.
– Конфетками соблазняете? – прищурилась Эви. – Может, я на диете?
– Не надо. Диеты – не для таких юных девочек, – ответил Кастанеда. – Кстати, где носит Рихарда? Те две турели, что вы вынесли снаружи, кстати, уже снова рабочие. Завтра прибудет подкрепление, и вашим придётся опять расправляться с целой толпой роботов, чтобы добраться до своих. А послезавтра, думаю, генерал велит мне начать превращать их в эльксаримов. Не мешало бы моему братцу поторопиться. Он вообще собирается освобождать их?
Панта равнодушно пожала плечами, отправив в рот шоколадную конфету.
– Собирался.
– А тебя не интересует судьба друзей? Не хочешь их увидеть?
– Честно – мне всё равно. Я не хочу вспоминать о прошлом и о тех, кто был тогда рядом. Учитель, друзья… Хочу просто всех их забыть, – открыто призналась Эви.
– Правда? И тебе наплевать, если они не справятся и погибнут в бою? – не веря, переспросил Эрих.
– Пофиг, – Эви со вкусом запила конфету чаем.
– Ты не была похожа на того, кто бросает друзей.
– Так я изменилась. Надоело отвечать за других.
Эрих почему-то взглянул на неё с улыбкой.
– Завтра точно изменишься. Но я всё-таки хотел бы отпустить их. Работы невпроворот в последнее время.
Эви затихла, напряжённо гипнотизируя свою кружку с чаем.
– Не волнуйся. Всё будет в порядке, – заверил её Кастанеда. – С твоим потенциалом, при адекватном ассистировании, должно пройти как по маслу. Вот у Кассенди я, кроме шипов, ничего вообще не сделал. Сложнейший ядерный реактор – он сам сформировал. А то сто двадцать – у тебя сто тридцать два. Ты справишься. Хотя я предпочёл бы обойтись без реакторов на этот раз, – пошутил он.
– Уж чего не контролирую, того не обещаю, – улыбнулась панта.
