– Орис, – ещё раз назвался юноша, с которым они встретились на берегу лесного озера. – Я первый из нас. Элькса-потенциал – сорок пять. Физический класс, холодное оружие, – он уловил вопрос в глазах девочки и сразу на него ответил. – У меня шесть лезвий на каждую руку, и ещё две шпоры на ногах. Они внешние, я их не взял с собой.
Следующим подошёл высокий юноша с металлическим ободом над глазами, вдоль которого проходила тонкая прозрачная полоса, испускавшая малиновое свечение. Похоже, что она была заполнена той же жидкой средой, что и AFLS у лазерников. Сходство с представителями данного класса дополнялось мерцающим зелёным огоньком, горевшим слева на его груди. Макушку его венчал длинный хвост чёрных волос, перетянутых резинкой. Туловище эльксарима – опоясано в несколько оборотов тонкой металлической цепью. Эви вспомнила, что уже видела его, несущим на руках Кассенди после элькса-превращения.
– Ульм, – представился он. – Я второй. Элькса семьдесят два. Оружие у меня холодное физическое, но система сканирования лазерная, – он показал на обод с малиновой полосой у себя на голове. – Антилазерное поле тоже есть.
– А что значит физическое оружие? – переспросила Эви, чтобы лучше понять.
– Механического действия, – расшифровал Ульм.
Он взял свою цепь и, слегка размотав её, показал девочке. Звенья цепи, жёсткие и достаточно мелкого размера, имели плоскую форму, края их казались острыми на вид. «Интересно, как он её использует», – подумала Эви, разглядывая цепь.
– Гаррис, – назвался хозяин «вечеринки», не вставая с постели. – Это не настоящее моё имя. В прошлом меня звали Гарри Дункан. Я номер третий по очерёдности. Физик огнестрельный, переменный крупный калибр. Элькса-потенциал – семьдесят.
Следующей вышла юная девушка хрупкого сложения. Длинные русые волосы её были заплетены в косу, а макушка головы закрыта округлым серебристым имплантом.
– Череза, – представилась она, заглянув Эви в глаза. – Четвёртый номер, элькса-потенциал – восемьдесят восемь. Я псионик. Гипноз, телепатическое повреждение мозга, – расшифровала она, видя вопрос во взгляде девочки.
– Интересно, – оценила та.
– Может, и интересно. Но работает только против людей, – улыбнулась Череза. – И затратно по энергии – это силовая способность. Мне всегда нужна внешняя подкачка.
– А что это? – заинтересованно переспросила Эви.
Череза вдруг сняла резинку и, распустив свои длинные волосы, извлекла из них тонкий, покрытый прозрачным слоем изоляции, каталитовый проводок. Взяв его в руку, она приблизилась к Эви вплотную и коснулась пальцем её затылка.
– Вот сюда нужно воткнуть его, в нервное сплетение, – произнесла она. – Так я могу выкачивать энергию у других, чтобы увеличить свою мощность. Но это травматично. Поэтому я использую для этого только врагов.
Способности Черезы казались, пожалуй, самыми жуткими. Хотя, конечно, каждый эльксарим обладает смертельным даром, но телепатическое повреждение мозга… звучало мучительно. Ещё и нервное сплетение оголённым проводом протыкать… «Не позавидуешь её жертвам, – подумала Эви. – Хотя я никогда не узнаю, каково это. Эльксаримы ведь не причиняют вреда своим. А я теперь – эльксарим, я одна из них… Они так осторожны, так внимательны друг с другом. Сложно представить их приносящими страдание и смерть… Но ведь они…
– Выходит, что мой номер – семнадцать? – заключила наконец Эви, познакомившись с каждым из отряда эльксаримов. – Кассенди шестнадцатый, только его здесь нет. Так?
– Надеюсь, что он в порядке, – произнёс Гаррис напряжённо.
– Всё будет так, как должно, – спокойно напомнил Орис.
– Да.
– Я ещё мало знаю о собственных возможностях, – продолжила Эви, – но мой класс – плазменный. Элькса-потенциал – сто тридцать два.
– Поздравляю тебя, Рон. Ты больше не единственный представитель своего класса, – задумчиво проговорил Хаттори, похлопав соседа по плечу.
– Да, и даже не самый продвинутый, – отозвался тот с усмешкой.
– Эви мощнее тебя? – переспросил лазерник, будто желая убедиться.
– Элькса сто тридцать два, ты ведь слышал, – ответил Рон.
– Это правда, что ты сама перенесла элькса-мутацию? – спросила Череза. – Как это случилось?
