— Занятно… — едва слышно прокомментировал он, почти траурным тоном.
— Я случайно! — поспешила оправдаться я, но мужчина вернул на лицо улыбку, заинтересованно, но беззлобно оглядел меня, будто только что увидел впервые.
— Занятно, что я здесь примерно по той же причине, — пояснил он, — Разница лишь в том, что случайностей у меня не бывает.
— И ты тоже?.. У вас тут что, заповедник вампирский что ли? Почему жизнь каких-то кровососущих паразитов так важна, а всех остальных — нет? В моем случае это вообще была самооборона…
— Все просто. Они у власти. Высшая каста. А такие, как ты… в общем мы о твоем положении в обществе уже говорили.
— Пустое место, — за него продолжила я, — Я для них тупо мясо на корм…
— И не только для них. Даже дети знают, что люди из твоего мира — нежеланные гости. От таких залетчиков избавляются любыми способами, легальными и не очень. А ты им еще такой прекрасный повод дала.
— Нас тут считают космическим мусором?.. Не только стражники? — начала немного подтормаживать я, но лишь потому, что в голове не укладывалась эта чудовищная дискриминация.
— Все, — уверенно кивнул Элгар.
— И ты?
Он открыл рот, но только выдохнул вместо ответа.
— Ясно, — хмыкнула я, отводя глаза.
— Как тебя зовут? — вдруг почему-то спросил он, и голос странно изменился, будто его сознания коснулись какие-то болезненные воспоминания.
— Уна, — на волне его грусти, тихо отозвалась я.
— Нет, Уна, я не делю никого на касты, — крайне серьезно и мрачно сказал Элгар и поднялся для новой прогулки, глядя себе под ноги.
Не решилась спрашивать, что произошло, но его настроение давило и на меня тоже. Появилось даже смутное ощущение, что я в чем-то виновата. Но за неимением разумных подтверждений моей вины, оно быстро исчезло. Захотелось как-то отвлечь его от печальных дум. Я встала, тоже решила пройтись, размять затекшую пятую точку… осторожно обошла темное влажное пятно на полу. Мужчина подпирал стену, погруженный в себя. Мне в голову пришла одна мысль.
— Эл… — неуверенно позвала я, выуживая в кармане блокнот, — Слушай, а ты хорошо разбираешься в местной письменности?..
Лев отклеился от своей стены и заинтересованно подошел ко мне сзади, пока я вычерчивала огрызком карандаша один из запомнившихся символов — треугольник с точками и пересекающей его волнистой линией. Еще не дорисовала, когда Элгар хмыкнул мне в плечо.
— Тайный знак?..
— Уж не знаю, насколько тайный. У тебя хотела спросить…
— Это Марус, первый месяц года, — пояснил он наконец.
— Марус?.. — повторила я, чтобы запомнить.
— Ну да. Весенний месяц. В символе земля, вода и семя… — терпеливо растолковал Элгар, указывая на элементы рисунка.
— Это когда же у вас год начинается?
— По-вашему — в марте.
— А ты откуда знаешь, как по-нашему?! — удивленно повысила голос я, поворачиваясь на мысках, и… оказалась к нему так близко, что едва не коснулась носом, отступила на полшага от греха.
Эл, как и я, хитро улыбался.
— Я много знаю о «новом».
— Откуда? Ты… был там?
— Нет. Никогда. Физически не мог быть. Портал с нашей стороны закрыт больше сорока лет…
— Тогда откуда? — упрямо повторила я.
— Изучал в свое время… Неважно. Лучше скажи, где ты видела этот знак?
— Там и видела. В «новом».
— Забавно… — понизил голос он, мрачнея, и мне вовсе не показалось, что его забавляет эта новость.
— Там у нас есть город, очень похожий на ваш, тот, что по эту сторону портала. Я даже не сразу поняла, что это совершенно другое место. Когда волки сказали, где я, первая мысль была, что взрыв в нашем мире каким-то образом зацепил и ваш.
— А… «закрытый город»? Зона отчуждения…
— И это ты знаешь?..
— Да. Я то уж было подумал… Так ты эти символы видела на руинах в «новом»?
— Ну конечно. Где же еще.
— Тот город, где ты оказалась после перехода… так же был уничтожен войной. Но уже совсем другой. Это случилось значительно позже вашего взрыва. Лет так на двадцать позже. А если считать ваше время, то и на все сорок.
— Что значит «наше время»?..
— Точно не помню, но между ними сильная разница. У нас год тянется вдвое, а то и втрое дольше, чем по ту сторону.
Я прошлась до внешней решетки и прильнула лбом к холодным прутьям. Мне нужно было время, чтобы осознать и переварить эту информацию.
— Значит, когда я вернусь… мама постареет?.. И все остальные…
— Когда ты… что?.. — переспросил Элгар, довольно насмешливо, но, оценив мое состояние, смягчил тон, — Уна, я ведь, кажется, уже упомянул, что портал…
— Я знаю, — жестко осекла его на полуслове, — И помню что ты говорил про сорок лет… — обернулась к нему в отчаянной злобе, — Только мне плевать, плевать! сколько лет он был закрыт. Я вернусь домой, чего бы вы все там не говорили… — слезы предательски проступили, помутив взгляд. Я зажмурилась и отвернулась от хищника, размазывая по щекам признаки своей слабости. Услышала, как Эл двинулся в мою сторону.
— Не стоит! — остановила я, — Держи свое слово. Не трогай. Я справлюсь сама.
— Как скажешь… — фыркнул он почти с презрением.
