Как я уже сказала, засыпать под приглушенные разговоры мужчин я привыкла. И когда все вдруг как один замолчали, стало как-то не по себе. Настолько, что я даже вскочила с койки, прислушиваясь. Пара коротких реплик взволнованным шепотом… затем суета и хруст снега, мощные прыжки, треск веток за кибиткой… и снова тишина. Не выдержав, я высунулась на улицу. Большой костер одиноко полыхал на опустевшей поляне. Никого! Ни единой живой души. Разве что задремавшие лошади на той стороне поляны. Лес понемногу светлел, и я смогла различить за деревьями, что опустели и все соседние костры. Стараясь понять, что происходит, я еще раз оглядела бледнеющее небо и снова вслушалась, выбираясь из своего убежища. С востока донесся далекий неясно окрашенный вскрик. Примерно туда, судя по треску, ломанулись и все мои знакомые. Тревога носилась в воздухе, шум усилился… Оставив шкуру, я устремилась на звук, по сугробам, след в след, вглядываясь в сумрачный лес. Движение уловила не сразу. Лишь пройдя метров триста. Первое, что я заметила — огромную тень, мечущуюся меж верхушек высоких, но лысых елей. Задевая ветви, ломая сухие стволы, она с немыслимой скоростью бросалась камнем вниз, выхватывала людей, как игрушечных солдатиков, и взвивалась ввысь, к макушкам, за них… А впереди на моем пути шло самое настоящее сражение. Звенели мечи, утробно ревели волки, визжали, орали люди и звери. Вспышки вампирской плоти то там, то тут прорезали полумглу. Я замедлила шаг, глядя по сторонам. На снегу через каждые два-три метра чернели угли или обезглавленные, искалеченные тела волков. «Не вглядываться!» — скомандовало мне сознание. Стараясь выровнять пульс и сообразить, что делать дальше, я вновь подняла глаза на свалку впереди. Дерущиеся не отступали. Растянувшись на всю длину обозримого пространства, они медленно, но уверенно оттесняли неприятеля к деревне. За моей спиной к нашим бежало подкрепление. Вцепившись в необъятный мокрый ствол неизвестного мне дерева, я прижалась к нему, как к родному, чтобы только меня не снесли свои и не заметили чужие. По линии фронта прошелся победный вопль. Завидев повстанческое подкрепление, враг видимо решил обратиться в бегство. И наши погнали их со свистом, поливая градом огненных шаров, как недавно медерийцы гнали по улицам нас… Когда вокруг все практически стихло, я решилась отцепиться от дерева и попытаться вернуться, пока Эл не обнаружил мое отсутствие. Но откуда-то сверху, едва ли не мне на голову, с оглушительным треском и салютом из щепок… летело то огромное черное, свернувшись в клубок! Обогнув ствол, я едва успела прилипнуть к нему. На землю рухнуло ЭТО что-то, и вроде бы обмякло, начало раскрываться… Я пригляделась. Орел Хааста расправлял безжизненные крылья, а из его цепких лап выползал довольно здоровый бугай в синем подранном мундире. Намокшие волосы облепили его лицо. Пошатываясь, мужчина поднялся на ноги… «Аксан! Черт… Ты не горишь, значит… еще жив! Что же делать?!» — в панике соображала я. Офицер обошел огромную птицу, наблюдая ее обратную трансмутацию. Что-то подсказывало мне, что если вампир меняется, значит ему становится хуже. Времени на раздумья не осталось. Бросившись к ближайшей куче тлеющих углей, я пропахала коленями борозду по снегу и схватила тяжелый меч мертвеца. Обернулась. Медериец конечно заметил это движение. Сгребая с лица темные пряди, он шагнул ко мне, разглядывая из-под бровей с праздным любопытством. Не слишком беспокоясь из-за полумертвого вампира, он решил разобраться сначала со мной, на что я, собственно, и рассчитывала. Хотя, о чем я думала, собираясь драться с солдатом магической армии… сложно сказать. Поднимаясь с колен, я не сводила с широкоплечего офицера глаз. Меч оказался неимоверно тяжел. Не то чтобы неподъемен, но явно вдвое тяжелее тренировочного муляжа. Судя по усмешке на лице моего противника, выглядела я с этой хреновиной весьма комично. Кроме того, не решалась сделать ни единого шага ему навстречу. Мужчина остановился за несколько метров до меня, выставил руку ладонью вверх и шутливо поманил. «Скотина… Что ж делать то?! — отчаянно нахмурилась я, — А если он сейчас выпустит из этой руки „электрошок“, как тогда они расправились с Даниэлем?..» Ситуацию развернул Аксан. Он пошевелился и негромко застонал от боли видимо поломанных костей. Офицер молниеносно развернулся и бросился к недобитому вампиру, вытягивая кинжал из голенища сапога.
— Не трогай его! — выкрикнула я, добела в пальцах сжимая рукоять.
