Самые что ни на есть натуральные паруса над моей головой, потрескивая, натянулись, наполнились ветром и с сытыми брюхами двинули корабль вперед, по едва заметным барашкам-волнам, к узким носам залива, на волю, в открытое море. Мы быстро нагоняли эскадру, и вскоре я заметила, как ничтожно малы и жалки рядом с нашим линейным великаном другие суда. Даже внушительный галион, идущий на полных парусах, ощутимо приближался к нам задом и в конце концов позорно отстал. Тяжелый линкор рассекал волны, как горячий нож масло! Палуба под ногами оставалась почти неподвижна, будто корабль встал на твердь. Но я, с восторгом таращась по сторонам, все же старалась придерживаться за ограждения и тросы, когда побрела к «пассажирской» палубе в поисках несносного Хотара. Там собралась такая толпа, что мне не сразу удалось понять, что к чему и кто с кем. Местные матросы знакомились с зордами, расспрашивали, приглядывались, для себя выясняя, можно ли иметь дело с мятежниками. И, надо сказать, что хоть армия Элгара и была многочисленна, здесь, на линкоре наших оказалось едва ли не вдвое меньше. Оно в принципе и понятно — управлять этой махиной было непросто, требовалась большая натасканная команда. А зорды, не смотря на их врожденные навыки, все же проигрывали головорезам Дэрэка в опытности. Но такой перевес наводил на неприятные мысли. «Мы здесь на правах гостей, и подчиняться старшему командованию придется беспрекословно!! Так, ладно. Об этом подумаем позже. Где Хотар, черт его побери?! А что если он свалился за борт? Или местные прижали? И тоже потребовали расправы?!!» — в порыве нахлынувшего отчаяния, я подскочила к первому попавшемуся матросу.
— Извини, ты не видел тут мальчишку с красными глазами?
— С какими?.. А, пацан! Так он на баке вроде, — на удивление лояльно отозвался курящий парень, трубкой махнув в сторону все того же бушприта.
Не стала переспрашивать, чтобы не позориться больше, просто отследила указанное направление, поблагодарила матроса и ускорила шаг, лавируя между пиратами. Кто-то сидел прямо на палубе, кто-то на катушках с тросами, кто-то отдельно ото всех, кто-то в компании, тесным кругом.
— Я ж гово-грю, петля на кофель-нагеле! Вон она, петля! Сам смот-ги! — взволнованно запел знакомый голосок.
Протиснувшись сквозь собравшуюся на баке толпу, я с удивлением заметила в центре внимания Хотара! Мальчишка важно сложил руки на груди, а озадаченные мужчины, один за другим, подбирались к ряду деревянных ручек, похожих на пекарные скалки, хмыкали, хмурились и отходили. Хотар, явно довольный собой, щурился. Я со своего места тоже попыталась разглядеть что-нибудь необычное, но так ничего толком и не поняла. Разве что тросы на этих «скалках» были намотаны неодинаково.
— М-да, а пацан то прав! — еще один знакомый голос, и в круг вышел Элгар, потрепал Хотара по и без того взъерошенным волосам.
Мальчишка засиял еще ярче.
— Ну, петля, и че?! — лениво фыркнул кто-то из толпы.
— Для «Викинга» еще полбеды. А выйдешь на бриге, да по хорошей волне — можешь жабры отращивать! — ответил Эл на глупую реплику, — Местные такой оплошности себе не позволят. Цена слишком высока, да и командование не жалостливое, может запросто голову снять за «экую мелочь». Значит… кто-то из наших петлю затянул.
Зорды начали растерянно переглядываться, в надежде, что кто-то признается и исправит ошибку раньше, чем слух о ней дойдет до капитана. Но никто не изъявил желания опозориться и признать за собой помарку в работе, заметную даже ребенку!
— Хмм… в наших рядах появились не только балбесы, но еще и трусы?! — разозлился Элгар, ухватил Хотара за руку и напролом двинулся сквозь толпу, покидая круг, — Закрепите шкот, как положено, вместе. На это, я надеюсь, духу у вас хватит. И не попадайтесь мне на глаза сегодня!
Я поспешила за Элом и мальчиком, но они прошли через всю палубу и остановились на той территории, куда мне ступать было запрещено. Ребята облокотились о перила и, наблюдая за бегущими волнами, повели приятельскую беседу. Любуясь на них, я печально вздохнула. То ли из-за этого невидимого барьера между нами, то ли оттого, что они мальчишки, и лучше понимают друг друга, но мне вдруг стало так тоскливо! У них действительно было больше общего. Хотар восхищался легендарным предводителем мятежников, его авторитетом среди сильнейших хищников Медерии. Эл видел в мальчишке свое далекое детство. А я… я была здесь чужая, во всех контекстах и смыслах. Я не могла заменить Хотару мать, не могла вызвать у него такой бурный восторг. Ведь я — всего лишь слабая, глупая смертная, из мира таких же заурядных существ. Остановившись за пару шагов до грот-мачты, я окликнула Хотара, но против ветра вышло едва слышно. На глаза навернулись слезы. «Кажется, пора отдохнуть. Нервного срыва мне еще не хватало. Что за истерика?! Соберись, тряпка!» — мысленно лупила себя по щекам, чтобы очнуться и взять себя в руки.
