— Понятия не имею… Я и леса этого на карте не припомню.
Я продолжила спускаться по крутому склону.
— Ты куда?.. — растерянно окликнул Свен.
— Туда! Не обратно же возвращаться… — не оборачиваясь, буркнула я.
В общем, тут я чудовищно ошибалась. Возможно, вернись я тогда по собственным следам, и сейчас возможно была бы уже дома. А так…
Добрели до городка. Ворота гостеприимно распахнуты. Никаких признаков жизни. Лишь невысокие домики, похожие на общежития, обломки, снег и ветер, гуляющий по улицам. Только что-то тут было не так. Совсем не так. Вроде бы все то же самое — брошенные дома, обугленные стены. Но сама архитектура совершенно не та, что в зоне. Трех, пятиэтажные здания издалека ничем не приметные, вблизи оказались украшены лепниной, колоннами, а кое-где и странными рисунками, похожими на те символы, что я видела в обгоревшей квартире. И, не смотря на то, что большинство из них наполовину были разрушены, казалось, что построен весь поселок не так давно. Нигде не было обычных кирпичей. Под ногами валялись ровно отесанные треугольные камни, пятигранные пирамидки бледно-лилового цвета. Переглянулась со Свеном. Он шел чуть позади, обещал не приближаться ко мне. Кажется, он тоже терялся в догадках, что это за место. Я рискнула заглянуть в одно из зданий, включила фонарик. Под ботинками необычно мягко. На полу ковровое покрытие!
— Ну куда тебя все несет… — послышалось за спиной недовольное ворчание Свена.
— Отвали! Если тебе стремно, стой там! А я хочу выяснить, где мы, черт побери… — отмахнулась я, проходя по узкому коридору в холл, к лестнице на второй этаж. Лестница оказалась деревянной, искусно вырезанной, с лакированными перилами и паркетом на ступенях. Вот это роскошь… В прочем… если рядом лес, то зачем им переводить мебель и перила на дрова?.. Справа от лестницы оказалась просторная комната. Гостиная. Правда тут уже явно похозяйничали мародеры. Антикварный диван был истерзан так, что 'потроха' и пружины торчали наружу, а прямо посреди комнаты чернело кострище. Вокруг валялось множество осколков и обрывки каких-то книг. Я подняла одну. На кожаном переплете золотым теснением было выбито «Гражданское право Медерии». О типографии ни слова. Год… римскими цифрами. Правила их чтения я помню весьма смутно, так что расшифровать сразу навскидку не удалось, но на вид книга достаточно свежая. А дальше… дальше я почувствовала удар. В спину, прямо в середину позвоночника. Ноги на миг отнялись, и я упала на кипу разбросанных на ковре книг, выронив фонарик. В наступившей темноте сильная рука рывком перевернула меня на спину. Из окна едва пробивался лунный свет, но его было достаточно, чтобы разглядеть искаженное ухмылкой лицо Свена.
— Ты… больной! — щурясь сквозь проступившие слезы, дернулась, но боль прострелила спину. Шевелиться я не могла. Глаза его тоже поблескивали, но скорее от азарта, чем от слез. Безумный, совершенно звериный взгляд…
— Неет… Я здоров. Просто привык добиваться поставленных целей.
Он говорил спокойно, двигался медленно, но руки заметно дрожали, когда пытались справиться с металлическими крабами моего комбеза.
— Я — твоя высота? Свен, ты реально рехнулся… — негромко фыркнула я.
Отвернулась. Каждая моя попытка подняться отдавалась раскатом боли в позвонках. Руки едва слушались.
— Хватит, не надо, перестань… ну пожалуйста… Свен, мы ведь… черт знает, где. Нам надо сплотиться, надо выбраться. Вдруг мы вообще здесь одни на сотню километров?! Ну, что ты делаешь, гнида! — я закашлялась, подавилась.
— Заткнись, овца! — было мне ответом, — Я и без тебя справлюсь, не мальчик. А вот «сплотиться» — это пожалуйста. Сейчас… сплотимся… — он заторопился с последними застежками.
