Я старалась не смотреть. Пялилась на роспись дверного проема. Когда во тьме шевельнулось что-то и бесшумно вошло в комнату, я сперва решила, что мне показалось. Чего только не привидится в таком состоянии. Огромная черная тень, длинный мех… Лунный свет заиграл на нем переливами. Медведь?.. Слишком черный… и чересчур длинные конечности. Существо целенаправленно плыло к нам. Весило оно, вероятно, не меньше тонны, но ни единый осколок не хрустнул под его лапами. А Свен был слишком увлечен, чтоб заметить ужас в моих глазах и придать этому хоть какое-то значение. Он стянул с меня куртку и приступил к нижней части костюма. Черная шкура на миг замерла за его спиной. Я судорожно вдохнула. Комната наполнилась глухим, низким звуком. Нарастающее утробное рычание. Настолько низкое, что у меня заложило уши. Свен поднял на меня глаза, получая подтверждение, что не он один сходит с ума. Дальше все произошло так быстро, что мне запомнились лишь фрагменты, отдельно выхваченные и осмысленные позже моим сознанием кадры. Черная тень вытянулась в длину, будто встала на дыбы. Огромная лапа махнула по воздуху, мелькнула мимо моего носа, и что-то очень мерзко хрустнуло. Кажется, этот звук вырвался изо рта Свена. Через секунду он уже лежал на ковре, прямо рядом со мной… со свернутой шеей, так и не успев обернуться. Глаза глядели сквозь меня. Полагаю, сознание мое включило автопилот в тот момент. Тело моего не лучшего друга накрыла все та же черная туша, огромные челюсти разомкнулись и вгрызлись в хребет. Я инстинктивно поджала ноги, чтобы кровь не забрызгала мне одежду. И, когда поняла, что могу двигаться, кувырком долетела до окна и сиганула в него, свалилась в сугроб. Снег облепил лицо, приводя меня в сознание. Сжимая кулаки, размазывая рукавом сопли, я бежала, от страха рыдая в голос. Улица, поворот, перевернутый мусорный бак, фонарные столбы, сваленные в кучу поперек дороги, снег, снег, снег… Отойдя от первого шока, я впервые за полчаса решила оглянуться. Погони не было. Зверь, вероятно, насытился. Вжимаясь спиной в измазанную сажей стену, я сползла по ней. Ноги совсем уже не держали, да и позвоночник ныл. Разжала руки… Оказалось, я все это время бежала, вцепившись в собственную куртку. И когда только я сообразила схватить ее с пола?.. Хоть что-то порадовало. Не умру от переохлаждения! Только фонарик остался там.
Пока натягивала куртку, в тишине поселка мне послышался смех. Замерла. Не показалось. Смех повторился громче. К нему прибавились еще несколько возбужденных голосов. Где-то недалеко. Молодые ребята. Обсуждали что-то, спорили между собой… Я как на маяк, пошла на этот шум. И уже за углом, на соседней улице, в одном из заброшенных домов с порога заметила зарево костра.
— Люди! Наконец-то… — почти на цыпочках подошла, поднялась на крыльцо…
Двери не было. Внутри короткий холл и просторная комната, наполненная светом и людьми. Я еще не вошла, мялась на пороге, но ребята внутри уже затихли, замерли, будто поняли, что здесь кто-то посторонний. Хотя, как? Они ведь только что так шумели, что на соседней улице было слышно! Теперь мне было еще труднее решиться. Тишина гудела в ушах. Лишь изредка потрескивали дрова в огне. Ладно, подруга, соберись! Уж лучше какие-никакие люди, чем та мерзость, что ты видела недавно — провела аутотренинг и шагнула на свет. Глаза на миг почти ослепли, но удалось различить несколько высоких фигур в темных одеждах. Кто-то сидел у костра, кто-то стоял чуть поодаль. Всего навскидку около десятка ребят.
— Не помешаю?.. — немного хрипло вышло у меня.
Парни шумно выдохнули, практически хором, будто никто из них не дышал, пока я не заговорила. Я потерла слезящиеся глаза и наконец смогла рассмотреть лица. Ребята были действительно молодые. Мои ровесники или чуть постарше.
— Ох-ре-неть… — высказался кто-то, не сдержав эмоций.
— Ребят, если я помешала, я… лучше пойду… ладно?.. — так и не дождавшись вразумительного ответа, попятилась обратно в холл. Главное — не бежать. То есть… бежать, но не сразу. Вот только за порог отползу и…
— Да нет, нет! Не помешаешь конечно! — проснулся один из молодых людей, натягивая приветливую улыбку, — Ты… проходи, садись.
Парень показался мне искренне дружелюбным, но на счет остальных я все еще не была уверена. Тоже мне… двенадцать месяцев. Что у них тут за собрание?
— Точно?.. — покосилась я на него.
Этот симпатяга шагнул мне навстречу, оказался кареглазым. Жестом пригласил меня к костру.
— Ну, конечно. Куда ты пойдешь то? Ночь на дворе. Подвиньтесь-ка, пацаны!
Он разогнал остальных и усадил меня на скамейку. Но, как бы приветливо не звучал его тон, все остальные по-прежнему молча пялились на меня, как на нечто инопланетное. Одежда на них была вовсе не формой. Общим концептом оказался лишь черный цвет. В остальном — кто как. Кто в куртке, кто в свитере грубой вязки, а кое-кто и вовсе в рубашке, как например мой единственный собеседник. Рубашка на нем была тоже не совсем обычная. Размахаестая, просторная, с воротником-стоечкой. Неужели те самые «мародеры»?
