Безумные глаза, порванное платье и болезненная бледность женщины надолго остаются у меня перед глазами. А в ушах нарастает гул. Быстро приближаясь, он становится различим. Топот сотни людей бегущих по мостовой разносится эхом, отражаясь от каменных стен старого квартала. На дорогу из арок, проулков и дворов выливается целая толпа. Впереди меня, позади. Мой взгляд выцепляет несколько лиц. Абсолютно разные по возрасту и статусу люди, просто прохожие, с сумками, папками и налегке. И у всех на лицах ужас, как и у женщины, которую я зачислила в сумасшедшие. Я начинаю понимать, что это «помешательство» имеет массовый характер, и с интересом жду, когда же появится та «Годзилла», от которой все они бегут. Гляжу наверх, но меж остроконечных высоток никто не гуляет, и деловые центры никто не рушит. Мимо проносится что-то крупное, на четвереньках, с характерной знакомой отдышкой… Возвращаю внимание к происходящему на улице и вижу, как стая волков в боевой формации гонит людей, как овец, нагоняя, выдирая из толпы, разрывая в клочья, одного за другим! Со стороны арки уверенно шагает отряд странно одетых мужчин. Военные ботинки, кожаные куртки, безрукавки, рубашки. Форма явно не военная, но идут смело, глядят по сторонам властно. Достигнув мостовой, рассыпаются в разные стороны, будто и не знакомы друг с другом. Каждый внимательным взглядом сканирует толпу и, наметив цель, выстреливает с места, летит, мерцая, подобно шаровой молнии. Не бежит, а перемещается со скоростью, не уловимой человеческим глазом. «Вампиры» — доходит до меня, наконец. Но до сих пор не доходит, почему я стою здесь, посреди улицы, и никто не видит меня в упор. Ведь никто, кроме той несчастной, даже не взглянул на меня ни разу! Появляется панический страх и ощущение, что стоит мне двинуться с места, и меня непременно заметят и убьют! Ищу глазами закуток, остановку или хотя бы афишную тумбу, за которую можно спрятаться. Подобно вампирам, намечаю цель, к которой потом рвану. Но тут мимо проносится парень, за ним волк. Двое сцепляются. Парень изо всех сил пытается выжить, всерьез бьет хищнику морду, но от ответного удара отлетает к моим ногам. В коленке разливается жгучая боль. Я отступаю назад, хромая, упираюсь во что-то спиной… Это «что-то» берет меня за плечо и разворачивает к себе. Полу расстегнутая рубашка, смугловатая кожа, вьющиеся черные локоны рассыпаны по плечам. «Я спасена! Этот не тронет» — почему-то уверена я.
— Тебе не место здесь, милая… — звучит его бархатный шепот, но то, что видят мои глаза, до глубины души оскорбляет меня и бесит.
— Какого черта, Риан?! Это тебе здесь не место! — выкрикиваю я в его ухмыляющееся лицо.
Поток эмоций настолько сильно взбудоражил мое сознание, что на этом пике возмущения я проснулась, так и не успев высказать Риану все, что думаю о нем и его собратьях. Этот красочный сюжет моему подсознанию без сомнения подарила книга Юми, ее воспоминания о первых нападениях на жилые кварталы. Знакомство с хищниками, неделя жизни бок о бок с ними, все это вполне могло вызвать подобные сновидения. Мало приятные, но, по крайней мере, объяснимые. «А вот какого там делал Риан?!» — хмурясь в темноте, гадала я. И больше всего злило не столько его присутствие в моем подсознании, сколько моя собственная реакция на вампира. В первое мгновение я готова была броситься к нему на шею и едва ли не отдаться! «Риану?! Этому смазливому, скользкому, циничному кровососу?! Больше ты, дорогая, ничего не придумала?..» — сжав кулаки, я лежала и пялилась в сумрак трюма несколько минут, пока не поняла, что слишком взволнована и теперь точно не усну. Элгар с блаженным лицом бесшумно дремал справа от меня. Слева Хотар сопел в подушку, умудрившись уснуть на пузе. Откуда-то донесся странный, прерывистый храп… Я подняла голову, вслушалась. Звук исходил снизу, из самого трюма. Частое, глухое, тревожное… хрюканье! И едва слышимый, суетливый топот. «Ого! Это, наверное, и есть их „провиант“» — поморщилась я.
По ощущениям солнце уже клонилось к закату. По-настоящему крепко мне удалось поспать каких-то два-три часа, но ни слабости, ни тяжести в голове не было. Хотелось выкарабкаться на поверхность и носиться по палубе, лазать по вантам, ну или хотя бы, на худой конец, сделать зарядку, о которой я не вспоминала уже неделю. Тело само требовало нагрузки! Ухватившись за потолочную балку, я спрыгнула вниз. Как не прискорбно, ни одного животного при этом не пострадало. Пробралась к лестнице на ощупь, по памяти. Откинула люк… но и здесь царил полумрак. Тишина, мерное сопение. Пока я ползла по ступеням вверх, старалась даже не дышать. Местные точно не стали бы церемониться, если бы их сон потревожило жалкое «мясо», как они изволили меня называть.
