– Судя по… последним слухам, – я мельком глянула на Пёрл, – скоро в штабе пройдет внеплановый тест. Организация в срочном порядке набирает готовые отряды.
– Это из-за участившихся нападений фантомов, да? – спросил Эйприл, и я кивнула.
– Не держите меня за дурака, – сказал Дай. – Если бы в нашем штабе ходил такой слух, то все были бы в курсе.
Краем глаза я заметила, как Пёрл опустила подбородок и уставилась в пол, ожидая худшего.
– Ну почему такое угрюмое лицо, Шторм? – Глаза Дая внезапно блеснули предвкушением. – Мне плевать, каким образом вы первыми узнали об этом, но раз так получилось, то предлагаю помалкивать и начать готовиться к тесту.
– Разве это не то же самое, что мухлевать? – сомневаясь, пробубнил Эйприл.
– Чтобы обойти другие команды, нам придется схитрить. Ничего особенного в этом нет, – тут же парировал Дай.
Эйприл неуверенно взглянул на меня. А вслед за ним ко мне обернулись и все остальные. Я подавила нарастающее желание сбежать – из пункта и от внезапно свалившейся на меня ответственности. Никогда прежде мне не приходилось принимать решения не только за себя, но и за других.
– Ну, что скажешь, капитан? – усмехнулся Дай. – Готова утереть нос другим командам и наконец встретиться лицом к лицу с фантомами?
Если ставить вопрос под таким углом, то…
– Тебе даже спрашивать не надо, Аматага. – И я вновь оглядела каждого бойца, рискнувшего сегодня переступить порог этой комнаты. – Наша первая тренировка пройдет на рассвете.
Я надеялась, что мое решение не окажется ошибочным.
Вы когда-нибудь пробовали открыть бутылку воды сломанной рукой? А собрать лего без инструкции? Зажечь свечку без огня? Или замесить тесто для душистой пиццы без муки? А как насчет полета без крыль…
В общем, надеюсь, суть ясна. Я придумала больше пятидесяти схожих примеров, пока проходила наша первая тренировка. И на протяжении целого часа в моей голове крутились одни и те же занудные вопросы: какое из моих решений оказалось неверным? Что привело меня к такой катастрофе?
Потому что наша команда… это не команда. Это настоящий кошмар. Это конец света в буквальном смысле. Это…
– Трындец, – сказал Эйприл, встав рядом со мной.
Я молча посмотрела на него. Надеялась, что выражение моего лица говорит само за себя, потому что открывать рот и выталкивать из себя слова не было сил.
– Это трындец, да? – повторил Эйприл. – С таким успехом мы не только фантома одолеть не сможем, но и друг друга поубиваем!
Эйприл был прав, как никогда прежде.
Сегодня мы решили начать с самого простого. Из-за наказания, назначенного тренером Максом, мне запрещалось находиться в спортивном зале, поэтому мы с Эйприлом украли, а точнее, одолжили несколько каменных манекенов и вынесли их на задний двор – прямо на широкий и пустой участок степи. Затем Дай поставил одного из них в центр, и мы с ребятами, включив воображение, представили, что перед нами настоящий фантом.
Однажды на лекции мистер Болд сказал, что готовый отряд должен быть единым механизмом. Увы, механизм нашей команды развалился при первой же попытке атаковать манекен.
Я вспоминала тренировки отряда Кристины. Как слаженно они работали, не произнося лишних слов, двигались синхронно, будто читали мысли друг друга. Каждый участник ее отряда выполнял свою часть так, чтобы не помешать товарищу сделать следующий выпад.
Но моя команда была вовсе не командой, а самым настоящим курятником.
Эйприл торопился. Слишком торопился: то ли хотел показаться крутым перед ребятами, то ли почему-то думал, что мы умеем читать его мысли. Он первым мчался на манекен, даже не обозначив тактику нападения. Аматага несся сразу за ним, но не пытался взаимодействовать с остальными, а просто крушил манекен до того, как кто-либо из нас успевал остановить его. Мы договорились не разрушать манекен каждый раз, чтобы не возвращаться в штаб за новым. Но Дай будто игнорировал это правило.
Алекс постоянно мешал. Парень старался не отставать, но и атаковать не пробовал. Я бесчисленное количество раз врезалась в него, пока бежала за остальными. За неуклюжестью Алекса явно скрывалась неуверенность в себе. Иногда он падал на ровном месте, и я постоянно спотыкалась об него и тоже летела на сухую степную землю.
Самое отвратительное – я никак не могла пробудить в себе способности бойца. Физические силы не проявлялись, и приходилось выкручиваться обычными приемами. Однако я видела, как сильно это раздражает Дая и обескураживает остальных.
Каждая атака на «фантома» заканчивалась наездами друг на друга. Во всех смыслах этого слова. Всех что-то не устраивало. Никогда прежде я не слышала столько критики и оправданий одновременно. Один только Алекс молчал, не пытаясь вставить и слова. Паренек лишь успевал крутить головой, глядя на нас и поднимая руки в примирительном жесте. Но, конечно же, его все игнорировали.
Час тренировки уже подошел к концу, а мы всё продолжали высказывать друг другу претензии, не в силах найти компромисс или признать каждый свою вину. От команды у нас было только название.