– Да замолчите, наконец! – не выдержал начальник участка и повернулся к колдуну, – Это обвинение выглядит несколько абсурдным, так как на вид вам не больше тридцати.
– Отнюдь, – покачал головой Жорот, – если вы потрудитесь поднять мои документы, то мне сейчас чуть больше семисот лет.
– Вот то‑то и оно! – опять влез механик, – мать говорила: – Этот проклятый – колдун, он не стареет, не ты, так дети твои…
– Все‑все, я понял, мистер Банш.
– Но если вам действительно… семьсот лет… Вы признаете обвинение?
– На какой планете это было?
– Да он даже не помнит…
– Мистер Банш! Если вы не замолчите, я буду вынужден вывести вас. По заявлению мистера Банша, это было на Кретии. Так как, по имеющимся данным, в тот момент и в том месте суда не проводилось, а на Кретии юридическое законодательство, так же как и наше, подчиняется Суду Трех Объединенных созвездий, то на сегодняшний момент на нашей планете может быть произведено судопроизводство по данному вопросу. Так как в заявлении указано убийство, то срока давности оно не имеет. Так вы признаете обвинение?
– Да.
– В таком случае я вынужден задержать вас.
– Не думаю. Если вы еще не затребовали мой файл, сделайте это сейчас. Как вам должно быть известно, некоторые планеты, хоть и подчиняются Суду Тройки, но, скажем так, с учетом местных условий. На Кретии, как вы уже имели возможность убедиться, – Жорот сделал жест в сторону Банша, – прощение ближнего, мягко говоря, не в чести. А точнее, там процветает культ вендетты. Не скажу, что я рьяный его приверженец. Но иногда обстоятельства бывают выше симпатий и антипатий. Также Кретия славится расовой нетерпимостью, что в сочетании с вендеттой создает достаточно колоритную социальную атмосферу. А еще на Кретии целебные воды. Почти волшебные. Моя последняя жена была больна, и мы с сыном привезли ее на лечение. Она не принадлежала к расе людей. Крыланы, может быть, слышали? Но генетически… в общем, подобные пары могут иметь детей. Отец господина Банша убил моего сына, парню не исполнилось и двадцати. Повода не было вовсе. Кроме того, что Крой был – ублюдком – полукровкой, получеловеком. Жене стало хуже, уехать мы не могли. Могила сына была осквернена на третий день после похорон. Думаю, для жены это стало последней каплей – крыланы очень серьезно относятся ко всему, что касается погребальных обрядов. Я отправил оба тела на планету крыланов. Согласно предсмертной воле жены. Можно было бы, конечно, на этом историю и закончить. Но я решил, что, коль уж они поступили с моей семьей по своим законам, то я отвечу им тем же. Каюсь – не смог. По их законам я должен был убить не только его отца, а и мать, и его самого, и его сестру. Старшую. Ей было, кажется, около двенадцати. Еще и после определенного действа.
– Гуманист – хмыкнул кто‑то из полицейских.
Колдун обернулся в его сторону:
– Вы думаете, я ставлю себе это в заслугу? – усмехнулся он, – Отнюдь. Просто интересно, как с такими обычаями они еще не перебили друг друга. Кстати, в ближайшие триста лет я наметил съездить на Кретию и понаблюдать, что окажется сильнее – здравый смысл или традиции? В последнем случае Кретию лет через пятьсот нужно будет колонизировать заново.
Начальник участка посмотрел на полицейского, сидящего возле терминала. Тот кивнул:
– Все подтверждается.
Начальник участка тяжело приподнялся в своем кресле:
– Прошу прощения за беспокойство, вы свободны.
– Как – свободен! Он убил моего отца! Он признался!
Два полицейских вывели вопящего механика из участка.
Жорот, подойдя к столу начальника, негромко сказал:
– Я вам буду крайне благодарен, если вы дадите нам сопровождающих до корабля.
Начальник покачал головой:
– На вашем месте я бы задержался с отлетом. Банш работает механиком именно на том корабле, где вы летите.
– Но в тот сектор в течение полугода не идет ни один транспорт!
Начальник участка пожал плечами:
– Решайте сами.
Жорот прошелся по комнате, несколько растерянно спросил:
– А… снять с корабля его нельзя?
– На каком основании?
– Н‑да. Нет, это невозможно. Я не могу на столько оставить маленьких.
– Кого?..
Арика, все это время сидящая молча, ехидно улыбнулась:
– Детей. Шестимесячных. Неплохо для семисотлетнего, а?
Жорот обернулся к ней:
– Да, кстати. Может, ты задержишься?
Она покачала головой.
Начальник полиции заметил:
– Время, господа! По‑моему, лучше, чтоб летели только вы, леди. Мать для детей важнее. А я, в таком случае, смогу вам дать эскорт по медицинским показателям.
Арика рассмеялась, но тут же скорчилась от накатившей слабости.
– Я не мать. И в ближайшие пару месяцев буду не в состоянии заниматься кем‑либо, кроме себя.
Полицейский, которому, похоже, приходилось видеть еще и не такое, устало повторил:
– Решайте, господа, только побыстрей.
Жорот пожал плечами и жестко сказал:
– Что ж. Понадеемся, что мистер Банш достаточно разумен, чтобы не связываться со мной.
Арика отлеживалась в каюте – даже те несколько дюжин шагов, что ей пришлось пройти на космодроме и по коридорам корабля – при том, что колдун практически тащил ее на себе – вымотали ее полностью.
