Когда росли мы, нынешние родители, тема любви, близости, физического взаимодействия была практически полностью заблокирована – в Советском Союзе, как мы знаем, «секса не было». Но и сейчас в разговоре с собственными детьми на тему секса, любви и влюбленности у людей наблюдаются некая непростота и напряжение. Это естественно и нормально, потому что в какой-то момент ребенок понимает, что он появился на свет благодаря тому, что его мама и папа были физически близки. В механике внутрисемейного взаимодействия этот факт делает тему секса сложной для обсуждения именно со своими детьми.
Как же разговаривать с подростком о его нежных чувствах?
Во-первых, нужно помнить, что дети очень не любят такие разговоры именно со своими родителями. Если вы видите «кирпич» – знак, запрещающий въезд, возникающее со стороны ребенка напряжение, то лучше взять паузу.
И еще: скрываемый, отвергаемый, нелегализуемый интерес к противоположному полу для ребенка является нормой, и очень важно этот интерес не патологизировать и не раскачивать. Тут роль родителей – помогать ребенку поддерживать ту температуру собственного внимания к противоположному полу, которая нормальна конкретно для него. Помните, у нас у всех разные романтические склонности – есть те, кто влюбился в четыре года, а есть те, кто до 20 лет жил с нетронутым сердцем.
Действительно, интерес к противоположному полу и влюбленность могут появиться еще до школы. То, что дети в дошкольном возрасте проигрывают сюжеты свадьбы, собираются жениться и знают, сколько у них будет детей, – это известный дошкольный сюжет.
Но что добавляется в пубертате? А то, что появляется именно в период полового созревания, и то, что мы в свое время очень мало обсуждали с собственными родителями, – это странные и необычные ощущения от собственного тела. Девочек беспокоят набухшие соски, мальчиков может беспокоить половой член, который начинает в какой-то момент жить своей жизнью, и ребенок не понимает, что это. Плюс у мальчиков очень сильный, навязчивый интерес к вопросам физической близости с технической стороны.
Все эти переживания сопровождаются очень сложными эмоциями. Включается печка гормонального созревания, запускается некий магнит, который потом станет основой брака, настоящей влюбленности и взрослых романтических историй. А пока это довольно смутная тема, вызывающая много неоднозначных эмоций, и ребенок этим не делится – в тот момент, когда все это включается и является нормой, ребенок думает, что это ненормально, потому что мы, родители, этот интерес не легализуем. Мы учим детей биологии, астрономии, математике, спорту, но мы не рассказываем им про новые странные ощущения тела.
Телесность и сексуальность должны развиваться вне параллели взрослого контроля, но все же желательно при внимательном присмотре взрослых.
Надо понимать, что наши, казалось бы, совсем еще маленькие дети все это переживают, и порой очень остро. Ошибка родительского восприятия – в том, что нам кажется, что впереди еще куча времени. Но иногда даже дошкольная любовь очень похожа на настоящую. А влюбленность в подростковом возрасте может быть даже не репетицией, а самым сильным чувством, пережитым в жизни.
Итак, что является нормой в переживаниях детей подросткового возраста:
• интерес к противоположному полу;
• странные ощущения от собственного созревающего тела;
• интерес к физической близости, к техническим вопросам;
• сложные эмоции по всем этим поводам;
Очень важно в этот период, чтобы у ребенка не появилось отвращения к собственному телу, чтобы не получилось грубого табуирования.
Может сработать «принцип маятника»: если одно поколение жестко запрещало разговоры о сексе, то второе поколение может очень сильно легализовать эти темы и говорить больше, чем полезно детям. Мы находимся именно на этой стороне отмашки маятника: с нами не говорили вообще, а наше родительское поколение грешит тем, что говорит детям больше, чем им надо, и рассказывает ненужные подробности.
Очень важно поддержать ребенка, понимая, насколько сложные у него переживания.
