Одна – та, что в логове работорговцев, с перекошенным от ужаса и ненависти лицом, готовая умереть или убить. Другая – "Кровавая леди", тень с винтовкой, холодный инструмент Леона-наставника. Они рвали меня годами. Первая кричала о боли, о несправедливости, о мести. Вторая глушила крики ледяной дисциплиной, фокусировкой на цели, цинизмом выживания. Они боролись в одной душе, как звери в клетке.
Но тут, в гулкой тишине импровизированного зала, под мерцающий свет проектора Дворфа, что-то щелкнуло. Не громко. Тихо. Как затвор хорошо смазанного "Пигмея". Две тени на экране – девочка и киллер. Две части меня. Они... не боролись. Они
Ком подкатил к горлу. Горячий, колючий. На глазах выступила предательская влага. Я вскочила. Быстро, бесшумно, как учили. Не дожидаясь финала. Не дожидаясь, пока Леон экранный скажет свое последнее "Это... от Матильды". Я знала, чем это кончится. Знание жгло.
Я выскользнула из зала, как тень. Дождь хлестнул по лицу, смешиваясь со слезами, которые текли беззвучно, но яростно. Не от горя. От... освобождения. От странной, щемящей радости. Я бежала не
Дверь захлопнулась за спиной. Темнота. Только свет уличного фонаря тускло струился в окошко. Я прислонилась спиной к прохладной стене, дрожа всем телом. В руке – плейер. Cayin N6. Его подарок. Дар от "отца". Я тыкала дрожащими пальцами, ища... не Сироткина. Ищущее колесико щелкало. Нужна была одна песня. Та, что про лестницу до месяца. Танец в невесомости. Вместе.
Тихие, чистые ноты полились из наушников, заполняя тишину, заполняя меня. Не заглушая чувства, а
Я стояла в темноте, слушая музыку, чувствуя, как слезы высыхают на щеках, оставляя лишь легкую стянутость кожи. И внутри... внутри была сила. Огромная, спокойная, как океан после шторма. Знакомая мощь "Взломщика", но без привычной ярости. Без зуда в пальцах, требующего спускового крючка. Без черной дыры ненависти, пожиравшей все вокруг.
Слова проступали в сознании, как четкие буквы на карте. Не мечта. План. Не для себя одной. Для них. Для этих швей, рейдеров, новичков, профессора Франка. Для всех, кто сидел сейчас в кинотеатре, забыв на час, что они в аду. Чтобы они перестали быть просто "Мирняком" – серой массой выживающих. Чтобы стали
Сила без ярости. Сила, чтобы поднимать стены, а не сносить головы. Чтобы давать шанс, а не выносить приговор. Сила, которую дал мне
Музыка играла. За окном шелестел дождь Мешка. А в моих сорока пяти квадратах тишины и света от плейера рождался новый мир. И я знала – я достаточно сильна, чтобы его построить. Один кирпич. Один выстрел
В этих городах
Мы могли бы стать
Выше домов
Выходи, идём
Дышать огнём
Всё вокруг горит
Эти города
Могут нам отдать
Всё, что возьмём
Выбери наряд
Пробуй всё подряд
Бьётся внутри
Белым птенцом
Сила твоя в нём
Всё готово
Всё готово, прыгай, не боясь
Сила твоя в том
Что не могут
Что не могут за тебя сказать
О, не бывает
Нету силы больше, чем твоя
О, не бывает, нет, не бывает
Вены, провода
Не дают нам спать
Слишком давно
Выходи, идём
Светло, как днём
Всё вокруг горит
В этих городах
Мы могли бы стать
Выше домов
Выбери наряд
Пробуй всё подряд
Бьётся внутри
Белым цветком
Сила твоя в нём
Всё готово