Индустриализация по команде была узаконена претензией государства на управление всей собственностью и ресурсами, включая человеческие, в интересах диктатуры рабочего класса, но она требовала беспощадного контроля над посредниками системы - партийными начальниками, директорами лагерей, управляющими заводами, армейскими командирами, полицейскими дознавателями - и отсечения сетей международной информации, которые так мешали России в прошлом. Сталин развязал волны террора - аресты, казни, зрелищные показательные процессы, разрушение семей, чтобы искоренить потенциальных соперников во всех институтах, разорвать иностранные связи и убедиться, что оставшиеся в живых знают цену нелояльности. Одной из жертв стал офицерский корпус: в 1930-е годы более трети советских офицеров, включая трех из пяти высших маршалов, были расстреляны или отправлены в трудовые лагеря. Когда Гитлер решил напасть на Советский Союз, Красную армию возглавили подчиненные офицеры, которые не представляли никакого вызова сталинскому руководству. Это был патримониализм, доведенный почти до самоубийственной степени.
Третий рейх и Империя восходящего солнца
Япония и Германия были империями как по названию, так и на деле. Однако они по-своему, по-радикальному, выстраивали отношения империи и нации. Как и СССР, Германия и Япония хотели изменить, если не перевернуть с ног на голову, глобальные механизмы власти.
В 1930-е годы Германия, уязвимая для клещевого движения со всех сторон, столкнулась с теми же геостратегическими проблемами, которые послужили основой для ее оборонительно-агрессивной позиции в Первой мировой войне. Но теперь она была лишена своих негерманоязычных территорий в Европе и заморских колоний. У Германии не было нефти - ее можно было найти в Румынии и СССР - и других важнейших ресурсов. В сознании многих она нуждалась в "Lebensraum" - пространстве, в котором амбициозные люди могли бы сделать свое состояние. Многочисленные немецкоговорящие жители Чехословакии, Польши и других стран, некогда входивших в состав многонациональных империй с немецкоговорящими императорами, оказались меньшинствами в чужом государстве. В уменьшившейся Германии многие люди были восприимчивы к аргументу, что для восстановления своего прежнего положения Германии необходим еще более основательный подход, чем тот, который она предприняла во время Первой мировой войны.
Геостратегическая ситуация Японии была иной: один из соседей, Китай, был павшей империей с пригодной для эксплуатации местностью. Здесь Япония имела преимущества перед другими вторгшимися сторонами за счет близости и предыдущих связей. Но другие близлежащие регионы, от которых Япония зависела в плане сырья, контролировались европейскими империями. Японию беспокоили имперские амбиции Соединенных Штатов, чьи заморские форпосты на Филиппинах, Гавайях и других островах Тихого океана указывали прямо на зону потенциальной экспансии Японии. Имперские авантюры Японии в Корее, Тайване и Маньчжурии открывали просторы для дальнейшего строительства империи. У Японии были средства для обеспечения доступа к ресурсам, и она была бы уязвима, если бы не сделала этого.
И Германия, и Япония обращались к имперскому прошлому. Нацисты провозгласили себя Третьим рейхом (это слово впервые было использовано в 1920-х годах сторонниками единой и могущественной Германии), ссылаясь на линию престолонаследия, восходящую к Священной Римской империи, обновленной кайзеррайхом в 1870-х годах. Фигура императора в Японии - при всех династических изменениях и политических трансформациях, произошедших в XIX веке, - также указывала на героическую историю. Однако Япония и Германия проецировали разные видения своих будущих государств. Нацистский империализм довел идеологическое различие между немцами и другими до расистской крайности; японский империализм ссылался на роль Японии как авангарда паназиатской расовой судьбы. Если японская армия, тем не менее, была способна жестоко обращаться с теми самыми людьми, на продвижение судьбы которых она претендовала, то нацистская расовая логика предлагала полякам, украинцам и русским - не говоря уже о евреях - чуть больше, чем рабство или уничтожение. Нацистская империя не оставляла негерманским народам места для продвижения, ассимиляции или искупления.
Немецкие военные и часть населения начали поиск козлов отпущения, когда ожидания триумфа обернулись катастрофой в Первой мировой войне. Мир принес унижения и материальные лишения; Депрессия принесла еще больше страданий и чувство бессилия. Именно в этом контексте сторонники очищенной Германии могли делать свою работу. Выступая против космополитической культуры, процветавшей в довоенной Германии, отвергая игры в балансирование, с помощью которых имперские правители недавнего прошлого - в том числе немецкоязычные Габсбурги - управляли различными подданными, и презирая международное право, нацистские идеологи продвигали концепцию рейха как господства Германии над низшими расами.